Ярослава Лазарева

Жемчужина полнолуния

Часть первая

Сны

Росинка падает с цветка

Прозрачною слезой.

Прекрасен мир… Но без тебя

Наполнен он тоской.

Все плачет, кажется, скорбя:

Росинки, капельки дождя…

Мир без тебя – пустой.[1 — Григорий Грег – современный российский поэт. Настоящая фамилия неизвестна. Читайте о нем в книгах серии «Пленники сумерек».]

    Григорий Грег

Лес пронизывали солнечные лучи, и яркую июньскую зелень пятнали золотистые «зайчики». Трава пружинила под моими лапами, я бежала между стволами берез, наслаждаясь свежим лесным воздухом, быстрым движением и молодой силой, переполняющей мое гибкое здоровое тело. Подлетев к упавшей старой березе, я прыгнула на толстый ствол и начала точить когти о бугристую кору. Мне было немного щекотно, но приятно, хотелось смеяться, но ведь я была рысью. И я соскочила со ствола на землю, упала на спину и начала кататься по траве. Раздавшийся тихий рык заставил меня перевернуться на живот и вжаться в землю. Мои уши опустились, тело распласталось. На поляну вышел самец. Он был молод и красив. Втягивал носом воздух, но я не шевелилась, хотя знала, что он давно меня учуял. Самец выдержал паузу, делая вид, что «просто любуется лесом», затем внезапно подскочил ко мне, но я уже мчалась прочь. Он тут же включился в игру и стремительно полетел следом. Я даже слышала его дыхание за моей спиной и ускорила движение. И когда неожиданно для него свернула в сторону и взлетела на наклоненную сосну, он по инерции еще пробежал немного вперед. Поняв, в чем дело, резко развернулся и пополз по сосне наверх. Его уши были прижаты, горящие желтые глаза вызвали мое восхищение. Я засмотрелась в них и замешкалась. И вот самец прыгнул ко мне. Я не удержалась на стволе и свалилась вниз, но приземлилась мягко на четыре лапы. Однако он уже был возле меня и толкнул горячим боком, снова приглашая к игре. Я засмеялась и тут же осеклась, понимая, что уже превратилась в девушку. Самец последовал моему примеру. И вот уже передо мной стоит стройный высокий юноша. Его обнаженное тело великолепно, мышцы перекатываются под лоснящейся кожей. Длинные пепельно-русые волосы отброшены со лба назад, большие желтовато-медовые глаза, окаймленные черными ресницами, не отрываясь, смотрят на меня, яркие красивые губы улыбаются.

– Влад! – закричала я… и проснулась.

Я села на кровати и потрясла головой. Сон был настолько реальным, что я снова закрыла глаза. Мне не хотелось думать о том, что я только что ощущала себя рысью, последнее время мне часто стали сниться подобные метаморфозы. Мне хотелось лишь одного – еще раз увидеть Влада. Он был так реален! Я видела его!

– Любимый! Вернись, хотя бы в мой сон… – шептала я. – Я невыносимо скучаю по тебе…

Я легла на спину, плотно сомкнув веки. Но уснуть уже не смогла. Тоска навалилась, словно тяжеленный камень, на грудь и давила так сильно, что я задыхалась. Я не видела Влада вот уже больше месяца. Но наша разлука была вызвана вескими причинами. Мой любимый – человек-рысь. И я уже свыклась с этим, любовь помогла все преодолеть, и барьеры между нами давно рухнули. В прошлом году он спас меня от летуна по имени Вой, так мы и познакомились. Но по-настоящему сблизились лишь через год. И весь тот год я видела во снах удивительно красивого молодого человека и практически влюбилась в него… заочно. А когда встретилась в реальности, то настолько очаровалась его красотой и силой, настолько поддалась магнетизму его личности и искренней пылкой любви ко мне, которую он не скрывал, что полностью потеряла голову. И даже когда узнала, что Влад – оборотень, не остыла к нему. Влюбленность, восхищение, страсть притягивали меня к парню-рыси с невероятной силой. Правда, я без конца пыталась анализировать, чтобы понять, что же на самом деле чувствую. Ведь до встречи с Владом я никогда по-настоящему не любила. У меня, конечно, были увлечения, как и у всех девушек моего возраста – в мае мне исполнилось 17, – но на самом деле ничего серьезного я не испытывала. Сейчас я знала точно.

Последний раз мы виделись с Владом в середине сентября. Я старалась изгнать воспоминания и даже стереть из памяти, но пока это не удавалось. Много лет я занимаюсь ушу, а конкретно тайцзицюань, и даже выбрала своей профессией физическую культуру, а именно восточные единоборства. Но для меня это не просто один из видов спорта, а прежде всего тренировка духа, особый внутренний настрой и достижение гармонии. И эта привычка к постоянной работе со своим внутренним миром часто помогает мне в обычной жизни. Я могу справиться с потоком эмоций, тщательно проанализировать причины и следствия каких-то явлений, стереть нежелательные воспоминания. И сейчас я старательно «стирала» нашу последнюю с Владом встречу. Мы увиделись в одном знаковом для всех рысей месте. Это затон с белыми водяными лилиями, священными цветами славов – именно так называли себя люди-рыси. Он прячется в тайге, но я знала путь к нему. Живу я в Благовещенске, а моя бабушка – в глухой деревне примерно в сотне километров от города. Много лет я ездила к ней на летние каникулы и даже не подозревала, что за ее деревней тянется заповедная территория людей-рысей. Местные шептались об этом, но особо старались не афишировать свои знания и посторонним об этом не рассказывать. А я, будучи подростком, мало интересовалась разговорами взрослых. И каким же было для меня шоком вдруг узнать о том, что совсем неподалеку от деревни действительно живут люди-рыси. Мало того, ко мне в руки случайно попали записи одного пришлого человека, который поселился в доме на краю деревни и прожил здесь много лет. Звали его Алексей. Оказалось, он собирал и записывал всевозможные истории, связанные с оборотнями. А когда умер, эти тетради взял себе на сохранение его сосед, дед Матвей, и они валялись у него много лет. Когда я проявила интерес к записям, Матвей без сожаления отдал их мне. Много сведений почерпнула я из легенд и историй и поняла одно: в племени славов существует запрет на связи между обычными людьми и рысями. Нарушение сурово каралось, и все славы знали об этом. Однако Влад, полюбив меня, нарушил запрет. Как он мне объяснял, его чувство настолько сильное, что он не мог с ним справиться, и никакие законы тут не помогут. Насколько я поняла из легенд, все славы обладают пылкой страстной натурой, поэтому влюбляются мгновенно и сильно. А так как люди для них – «запретный плод», то, видимо, поэтому их чувства разрастаются до космических масштабов. Я знала об этом и понимала, насколько сильно Влад меня любит.

Но в нашей истории присутствовала еще и девушка-рысь Злата. Она любила Влада чуть ли не с детства, тем более, они из одного селения. И то, что он не отвечал ей взаимностью, лишь распаляло ее страсть. Когда она узнала, что мы с Владом помолвлены, то впала в ярость и всячески старалась меня погубить. Последний раз я видела любимого, когда он обнимал Злату. Это произошло возле затона с лилиями. Я приехала к бабушке с одной целью – постараться увидеть Влада. Но встреча принесла мне лишь боль. Злата привела его к затону в то же время, когда там была и я. Как мне показалось, она даже обрадовалась моему присутствию. Ее зеленые глаза горели, лицо раскраснелось, от нее исходило ощущение силы и энергии. Она явно торжествовала и тут же заявила мне, что они пришли с Владом в священное место, чтобы достать из затона лилию. Эти цветы символизировали любовь, и если слав дарил кому-то лилию, такой подарок служил признанием. Но Влад уже преподносил цветок мне, у меня имелось и кольцо с бриллиантовой лилией. А я точно знала, что славы любят только один раз и на всю жизнь. И волшебный цветок дарят тоже лишь один раз.

– Невыносимо! – прошептала я и сжала виски дрожащими пальцами. – Не хочу! Не могу больше вспоминать!

Я села на кровати и вперила неподвижный взгляд в окно. Еще даже не рассвело. Мало того, в окно стучали капли дождя, голые ветки сирени качались от ветра и противно скребли по стеклу. Мои глаза начали увлажняться. Но я не хотела поддаваться унынию и стала смотреть на стену. Привычка к медитации сделала свое дело, и уже через несколько секунд я видела только стену, а затем избавилась и от всех мыслей. Мои веки налились тяжестью, глаза медленно закрылись, я приблизилась к черному квадрату возникшего передо мной коридора и плавно вплыла в него. Меня тянула эта бездонная мрачная темнота, и я не сопротивлялась, а позволила ей себя поглотить. Я ощущала, как падаю все ниже, но странно – темнота будто рассеивалась. И довольно скоро ее сменил золотисто-розовый свет. Казалось, я влетела в утреннюю зарю и от удовольствия даже заулыбалась. И вот мои ноги мягко спружинили, я опустилась на золотистый мелкий песок и вздрогнула от красоты открывшейся картины. Я находилась на дне какой-то, казавшейся бесконечной долины. Ее покрывал легкий розоватый туман, долина была окружена то ли невысокими горами, то ли холмами, различимыми исключительно по их очертаниям. Я помедлила, затем осторожно пошла вперед. Туман передо мной расступался, словно раздвигались шифоновые розовато-дымчатые занавески. Я заметила впереди какой-то волнистый силуэт и двинулась к нему. Чем ближе подходила, тем яснее проступали очертания раскрытой раковины-жемчужницы. Она была огромна и сияла перламутровыми переливами. Мне показалось, что я вижу округлость черной жемчужины, лежащей на нижней створке, и испугалась.

– Где я очутилась? – растерянно спросила я. – Что это? Неужели Долина Мертвых Жемчужин?!

В этот миг раковина вдруг приняла очертания раскрытой лилии. И перед ней возникла Злата. Она будто материализовалась из воздуха, но выглядела вполне реально и была явно раздражена.

– Убирайся отсюда! – заорала она, загородив мне путь к лилии. – Тебе здесь не место!

Она стояла в угрожающей позе, ее ноздри раздувались, зеленые глаза горели лютой ненавистью.

– Тебе тоже здесь не место! – возразила я. – Обычным рысям, насколько я знаю, вход в долину заказан!

– А не слишком ли ты много знаешь? – злобно расхохоталась она. – Пошла вон!

И Злата одним движением отбросила меня на несколько метров. Мое тело было словно пушинка, и я даже не смогла сопротивляться, а полетела куда-то в сторону, затем начала падать… И очнулась.

Глубоко втянула носом воздух и с испугом огляделась. Но я по-прежнему находилась в своей комнате, за окном уже начало светать.

– Надо же, что мне привиделось! – пробормотала я, старательно вспоминая долину.

Но, кроме золотистого тумана, мой внутренний взор не видел ничего. Я знала о том, что после смерти души славов отправляются в некую долину. Дело в том, что их души заключены в самые настоящие жемчужины, и они носят их при себе всю свою жизнь. И у Влада имелась жемчужина, он носил ее в виде пирсинга в языке, но после некоторых событий потерял ее. Это я знала точно. А для слава такая потеря была невосполнимой утратой, неслыханным позором. Я видела, какие метаморфозы произошли с моим любимым. Из сильного молодого и полного жизни хищника он превратился в жалкое существо, лишенное воли и энергии. Стас и Рос, его старшие братья, сильно тревожились, но тщательно скрывали от соплеменников случившееся. Братья надеялись отыскать душу Влада, а пока он походил на зомби. Снова и снова я вспоминала, как видела его последний раз, когда он обнимал Злату. Влад, как и его братья, обладает яркой внешностью, его красота притягательна, юная мужественность и сила восхищают. Свежее лицо, точеными чертами румяные щеки, большие светло-карие с медовым отливом глаза, длинные пепельно-русые волосы, гибкое мускулистое тело гимнаста не могли оставить равнодушной ни одну девушку. И поклонниц у Влада, как и у его братьев, всегда было предостаточно. Ведь они выступали в гимнастическом шоу, и многие зрительницы сходили с ума от их красоты и звериной силы. Но видели бы они сейчас Влада! Его глаза выглядели мутными, лицо бледным, а волосы потускневшими. Жизнь словно ушла из него, и я знала причину. Злата не преминула воспользоваться его беспомощным состоянием и не отпускала Влада от себя ни на шаг. Я пыталась вернуть его, но он словно забыл меня, несмотря на клятвы в вечной любви.

– Влад потерял душу! – четко проговорила я. – И только это является причиной того, что он меня якобы забыл. Поэтому я должна выбросить все пустые мысли из головы и подумать, как я могу ему помочь.

Я откинула одеяло и встала. Подойдя к окну, прижалась горячим лбом к холодному стеклу. Дождь уже закончился, но погода не улучшилась. Было пасмурно и сыро. Я смотрела на влажные ветки сирени, капли только что прошедшего дождя казались слезами.

– Но я не буду плакать! – сказала я. – Наша любовь никуда не делась! И никому не удастся нас разлучить!

– Лиля! – раздался тихий голос, и в приоткрывшуюся дверь заглянула мама. – Ты уже встала?

– Да, мне сегодня к первой паре, – быстро ответила я и отошла от окна, навесив на лицо улыбку.