Дженнифер Арментроут

Каждый последний вздох

Jennifer L. Armentrout

EVERY LAST BREATH

Copyright © 2015 by Jennifer L. Armentrout

Copyright © Литвинова И., перевод на русский язык

Copyright © ООО «Издательство АСТ», 2016

* * *

Посвящаю книгу всем, кому стали дороги Зейн и Рот, кто страдал за Лейлу и мечтал о собственной Бэмби, кто стоял горой за своего любимчика и голосовал за то, чтобы Лейла выбрала именно его. Спасибо каждому, кто вместе со мной прошел этот путь.

Глава 1

Я застыла посреди гостиной в доме Стейси, и мой мир снова рушился у меня на глазах.

Сэм был Лилин.

Неподдельный ужас сковал меня по рукам и ногам, горло перехватило так, что невозможно было вдохнуть, пока я, не отрываясь, смотрела на парня, которого считала одним из своих самых близких друзей. Не догадываясь о том, что Бэмби, демонический фамильяр, лишила меня способности видеть души, все это время я не замечала того, что творилось у меня прямо под носом. Никому из нас и в голову не приходило подозревать Сэма, но виновником хаоса в школе и всех недавних смертей был именно он. Вместо того чтобы поглощать души одним касанием, как это делают Лилин, он растягивал удовольствие, забирая понемногу тут и там, играя со своими жертвами и с нами.

Играя со мной.

Однако то, что стояло сейчас перед нами, было лишь оболочкой Сэма в идеально скроенном костюме, потому что настоящего Сэма… уже не существовало. Осознание того, что мой друг мертв, и давно, чего никто из нас и представить не мог, отозвалось во мне острой болью, терзая тело и душу.

Я не смогла бы его спасти. Да и никто из нас не смог бы, и теперь его душа… в преисподней – там, куда отправляются все души, отнятые Лилин. От этой мысли внутри все сжималось.

– Тебе не совладать со мной, – сказал Лилин голосом Сэма. – Так что присоединяйся ко мне.

– Или что? – Сердце колотилось, как отбойный молоток. – Или умри? Я правильно тебя поняла?

Лилин склонил голову набок.

– На самом деле я не это имел в виду. Ты мне нужна, чтобы помочь освободить нашу мать. Впрочем, остальные могут умереть.

Наша мать. Прежде чем я успела проникнуться отвращением к самой идее родства с мерзким существом, убийцей моего друга и зачинщиком кровавой бойни, Зейн сменил обличье. Когда он распустил крылья, рубашка у него на спине треснула, а кожа приобрела оттенок темного гранита, как у всех Стражей. Из-под волнистых белокурых волос проросли изогнутые назад рога, ноздри расплющились. Когда он раскрыл рот, чтобы испустить низкий рык предупреждения, вылезли клыки. Он шагнул к Сэму, сжимая массивные руки в кулаки.

– Не надо! – крикнула я. Зейн остановился и резко повернул голову в мою сторону. – Не приближайся к нему. Твоя душа, – напомнила я, а мое сердце припустилось галопом – сколько там еще осталось его души после того, как недавно я пригубила ее по неосторожности.

Зейн отступил, но держался настороженно.

Я снова перевела взгляд на чудовище, маскирующееся под Сэма. Какая бы тварь ни стояла перед нами, мы действительно были одной плоти и крови. Только недавно мне открылась правда о том, почему я наполовину демон и наполовину Страж. Я – дочь Лилит, а это… это существо тоже часть меня. Оно родилось из нашей с Лилит крови и воплощало то же зло, что и Лилит. И оно хотело ее освободить? Я не могла этого допустить. Если бы Лилит когда-нибудь вырвалась из преисподней, мир, каким мы его знаем, изменился бы окончательно и бесповоротно.

– Я не собираюсь помогать тебе в освобождении Лилит. – Язык не поворачивался назвать ее матерью. Бр-р. – Этому не бывать.

Лилин улыбнулся, поглядывая на меня темными, чернильными глазами.

– Подходи поближе, не бойся. – Пропустив мои слова мимо ушей, дразнил он Зейна. Черт возьми, он просто издевался над нами. – Она здесь не единственная, кому по вкусу душа Стража.

Я сделала резкий обжигающий вдох, когда рядом всхлипнула Стейси. За одно мгновение передо мной промелькнула история ее отношений с Сэмом. Их дружба длилась много лет, и совсем недавно она узнала, что Сэм всегда, всегда был в нее влюблен. Но она всерьез обратила на него внимание, лишь когда Сэм начал меняться…

О боже.

Стейси, должно быть, пребывала в отчаянии, видя, что парень, которого она, наконец, полюбила, оказался страшнее монстров, что бродят по ночным улицам. Но, как бы мне ни хотелось поддержать ее в эту минуту, я не могла себе позволить отвлечься. От Лилин исходила опасность, и мы все трое могли стать его новыми жертвами.

– Ничто не сравнится с тем наслаждением, которое испытываешь, когда забираешь чистую душу. Впрочем, тебе ли не знать, Лейла. Душа, теплая и добродетельная, скользит по горлу, как вкуснейший шоколад. – Лилин вздернул подбородок и издал сладострастный стон, который мог бы вогнать меня в краску, но только не сейчас. – Зато, если не торопиться и смаковать вкус, можно получить гораздо больше удовольствия. Тебе стоит это попробовать, Лейла, и перестань быть такой жадной, когда кормишься.

– А тебе стоит попробовать заткнуть свой поганый рот. – От могущественного демона, что стоял рядом со мной, полыхнуло жаром. Рот, Кронпринц Ада, еще не сменил обличье, но я чувствовала, что он близок к этому. Его слова сочились гневом. – Как насчет этого?

Но Лилин даже не взглянул в сторону Рота.

– Ты мне нравишься. Правда, принц. Очень жаль, что и ты окажешься среди мертвых.

Злость охватила меня, горячая и горькая, и я сжала руки в кулаки, больно впиваясь ногтями в ладони. Эмоции зашкаливали. Мои злоключения последнего времени завершились тем, что я очутилась меж двух огней – между Зейном и Ротом. Когда они и раньше оказывались рядом, обстановка сразу накалялась. Но теперь, после того как Рот…

Впрочем, сейчас мне было не до этого.

– Не слишком ли ты смело выступаешь? Нас трое – а ты один.

Лилин повел плечом, и в этом жесте так угадывался Сэм, что меня снова пронзила боль.

– Может, я просто поумнее вас буду? – огрызнулось существо. – К тому же мне известно гораздо больше, чем вы думаете, и, в отличие от вас, я знаю, чем все это кончится.

– Ты много болтаешь, – зарычал Рот, делая шаг вперед. – Чересчур много. Никогда не мог понять, почему негодяи так любят отвратительно длинные и скучные монологи? Давай сразу перейдем к финалу с убийством, идет?

Лилин ухмыльнулся краем рта.

– Не терпится умереть раз и навсегда?

– Скорее, не терпится заткнуть тебя раз и навсегда, – парировал Рот и сделал неуловимое движение, снова приближаясь ко мне.

– Так все это время это был ты? – Голос Стейси дрожал – не могу даже представить, каково ей было сейчас. – Ты не Сэм? С тех пор как…

– С тех пор как Дин взорвался и пустил в ход кулаки. Это было забавно. – Лилин рассмеялся, скосив на нее темные глаза. – Сэма уже давно нет, но могу тебя заверить, что я получил наслаждение… от нашего общения. И ему, я уверен, понравилось бы тоже. Ну, если это тебя утешит.

Стейси зажала ладонями рот, и слезы потекли по ее бледному лицу.

– О, мой бог, – прошептала она.

– Не совсем, – вкрадчиво пробормотал он.

Я подошла ближе к Стейси, отвлекая от нее внимание Лилин. Я страдала вместе с подругой, совершенно раздавленной горем.

– Но почему? – спросила я. – Ты находился рядом с нами столько времени. Почему ты не напал ни на кого из нас?

Лилин тяжело вздохнул.

– Мне же интересны не только насилие, смерть и кровь. Довольно быстро обнаружилось, что наверху хватает развлечений, и я не мог отказать себе в удовольствии насладиться ими сполна. – Он подмигнул Стейси, а я просто запылала от ярости.

Кожа зудела так, словно покрытая полчищами огненных муравьев.

– Не смотри на нее. Не вздумай с ней говорить и даже дышать в ее сторону, не говоря уже о том, чтобы притрагиваться к ней.

– О, я и не такое с ней проделывал, – ответил Лилин. – Ты и представить себе не можешь. Все, о чем мечтал Сэм, если бы только у него хватило смелости. Но сейчас его это не очень-то беспокоит. Видишь ли, я поглотил его – его душу, всю целиком. От него ничего не осталось в этом мире. Он не стал призраком, как те другие, кто попался мне на пути. С ним я не стал растягивать кайф, отъедая по кусочку. Нет, он ушел сразу. Он в…

И тут случилось неожиданное.

Стейси бросилась к Лилин, замахнувшись, словно собиралась сбить издевательскую улыбку с его лица. Лилин двинулся ей навстречу, и, если до сих пор, по каким бы то ни было причинам, он не забрал ее душу, теперь от него можно было ожидать чего угодно. Лилин был непредсказуем. Он явил свою истинную сущность, и я чувствовала, что ему надоело валять дурака. Они со Стейси находились на расстоянии вытянутой руки, и я… кажется, я потеряла самообладание. Гнев ошпарил меня изнутри.

Все произошло само собой. Словно одежду, я скинула с себя человеческую форму, которую носила так долго, что уже срослась с ней. Никогда еще смена обличья не происходила так быстро и легко. Кости не ломались и не сращивались. Кожа не растягивалась, но я чувствовала, как она уплотнилась и затвердела, становясь непробиваемой для большинства ножей и пуль. Нёбо загорелось, когда выступили клыки, готовые прорубить даже кожу Стража и уж тем более Лилин. Чуть ниже основания шеи, по обе стороны позвоночника, крылья вырвались на волю и развернулись во всю ширь.

Раздался чей-то судорожный вздох, но я не обратила на него внимания.

Молниеносным движением кобры я схватила Стейси за руку и отпихнула ее назад, себе за спину, а сама встала между ней и Лилин.

– Я сказала, не трогай ее. Не смотри на нее. Даже не дыши в ее сторону. Сделаешь хоть что-то, и я оторву тебе башку и выкину ее из окна.

Лилин дернулся, отступил на шаг. Его черные как смоль глаза расширились. Изумление расплескалось по его лицу, но тут он снова скривил губы.

– Это нечестная игра.

Что это, черт возьми? Неужели я увидела страх в его глазах?

– Кто-то сомневается в том, что меня это мало волнует?

– О, тебя это будет волновать. – Лилин попятился к двери. – И очень скоро.

С этими словами Лилин развернулся и с такой скоростью выскочил на улицу, что я растерялась и лишь тупо смотрела на пустой дверной проем. Я ничего не понимала. Присутствие Зейна или Рота не вызывало у него никакой тревоги, но стоило мне сменить обличье, как он тотчас поджал хвост и удрал?

Хм.

– Какое… разочарование. – Я медленно обернулась, складывая крылья. Первый, кого я увидела, был Зейн.

Он вернулся в человеческую форму. Зейн всегда, даже будучи полностью вымотанным, выглядел так, словно сошел со страниц журнала «Таун энд кантри»[1 — Town & Country – старейший американский журнал светской хроники (основан в 1846 г. под названием The National Press, в 1901 г. получил нынешнее название).]. Его внешность превосходила американские стандарты красоты и могла довести до обморока все девичье население планеты. Глядя на него, я всегда представляла себе ангелов с ярко-голубыми глазами и почти небесными чертами, но сейчас он смотрел на меня, слегка приоткрыв рот. Бледность покрывала его божественно красивое лицо, отчего тени под глазами казались еще более глубокими. Он разглядывал меня так, будто видел впервые, что казалось странным, ведь мы выросли вместе. Я почувствовала себя какой-то диковиной.

Холодок беспокойства пробежал у меня по спине, когда мой взгляд скользнул к дивану. Я и не заметила, когда Зейн успел передвинуться ближе к Стейси. Я ожидала увидеть ее раздавленной горем, но она тоже изумленно таращилась на меня, прижимая к щекам ладони, и в любое другое время я бы рассмеялась над комичным выражением ее лица. Но не сейчас.

Сердце застучало еще сильнее, когда я повернулась в другую сторону – туда, где стоял Рот. Мой взгляд столкнулся с глазами цвета янтаря – широко распахнутыми, с вертикальными зрачками. Даже и таким он являл собой завораживающее зрелище.

Рот был… как бы это сказать… ну, во всяком случае, никто из живущих на земле не мог бы сравниться с ним. Наверное, все дело в его демонической сущности, но иначе как ослепительным его не назовешь. Он всегда вызывал восхищение, даже когда укладывал черные волосы острыми шипами. Я предпочитала более спокойный образ – как сейчас, когда его волосы падали на лоб, касаясь арок таких же темных бровей и прикрывая кончики ушей. Золотистые глаза были слегка скошены книзу. Острые скулы и челюсть, будто высеченные из камня, могли бы резать стекло. Такое лицо мечтал бы написать или вылепить любой художник. Полные, выразительные губы Рота были приоткрыты.

Хотя его смуглую кожу не тронула бледность и он не глазел на меня, как на образец под микроскопом, в его взгляде плескалось такое же изумление, как и на лице Зейна.

Беспокойство свалялось в комочки ужаса, оседая тяжестью в животе.

– Что? – прошептала я, оглядываясь по сторонам. – Почему вы уставились на меня… словно со мной что-то не так?