Татьяна Тронина

Мама, я мальчика люблю!

Глава 1

Случайная встреча

Бабушка, Элла Леопольдовна, очень любила смотреть новости по телевизору. Ну, не только новости, а еще всякие аналитические программы, где подробно обсуждали вопросы политики, финансов, положение в мире и прочее… Ей очень нравились такие серьезные передачи. Иногда она так увлекалась, что засиживалась перед телевизором допоздна и даже засыпала у экрана.

Вот и в этот раз, едва лишь послышалась мелодия, оповещающая о том, что начался очередной выпуск новостей, бабушка бросила все дела и уютно расположилась перед телевизором с чашечкой чаю.

Римма была в соседней комнате – она как раз решала вторую тригонометрическую задачу из пособия для поступающих в вузы. Задачи были сложные, и до института Римме еще далеко… Но так уж получилось – она открыла книжку, и задачи стали решаться сами собой. Римме Денисяк шел четырнадцатый год, и она была круглой отличницей.

– …Экономическая стабильность в этом регионе зависит от мировых цен на золото и драгоценные камни. Если в прошлом году индекс колебался от ноля целых восьми десятых до ноля целых девяти десятых, то в этом году он превысил этот показатель на три процента… – бубнил телевизор. Но он совершенно не мешал Римме, потому что она умела концентрировать внимание. Даже если бы рядом играл духовой оркестр, она бы все равно решила эти задачи.

– …А теперь переместимся в Африку. Недалеко от Кении расположилась Такания – маленькая страна, о существовании которой многие даже не подозревают. Но вчера пришлось вспомнить об этой стране, потому что в ней произошел переворот и к власти пришел военный диктатор Акита Манипуту.

– Ай! – воскликнула бабушка и уронила на пол чашку.

– Ба, все в порядке? – крикнула Римма, не отрываясь от книги.

– Ой! – продолжала восклицать бабушка и, судя по звуку, уронила и блюдце.

– Ба, что с тобой? – Римма не на шутку встревожилась. Хоть она и умела не отвлекаться на всякие мелочи, но родную бабушку мелочью назвать было никак нельзя. Римма отложила книжку и выскочила в соседнюю комнату.

Бабушка сидела в кресле и неподвижным взглядом смотрела в телевизор. Рядом на полу валялись осколки разбитой посуды.

– …Акита Манипуту арестовал совет старейшин и заявил, что Таканией не может править кучка выживших из ума стариков и малолетняя наследница престола. Он считает, что страна находится на грани кризиса и только в его силах наладить жизнь в стране. Напомним, что король Такании, Лео Двенадцатый, умер полгода назад, завещав престол своей единственной дочери, до совершеннолетия которой страной будет править совет старейшин.

– Бабушка, ты что? – с удивлением спросила Римма. Обычно Элла Леопольдовна реагировала на все новости спокойно, лишь иногда критиковала политиков. Посуду она никогда не била, даже если новости были очень плохими. Чем же так взволновали ее события в далекой африканской стране?

– Не может быть! – прошептала бабушка. – Такания на грани кризиса… Риммочка, детка, – воды!

Римма быстро налила в другую чашку воды и дала бабушке.

– …Акиту Манипуту считают связанным с колдунами вуду, кроме того, его подозревали в людоедстве. Правда, до сих пор эти факты так и остались недоказанными… Правой рукой диктатора является полковник Ортезио…

На экране появилась фотография. Манипуту в желтом балахоне до пят, с копьем и в короне – мрачный, с жестоким взглядом, – про такого и в самом деле поверишь, что он людоед. Акита Манипуту был настоящим африканцем, черным, как самая черная ночь, а вот рядом с ним стоял полковник Ортезио. Ортезио был белым и напоминал хищную птицу с крючковатым носом, и взгляд у него был тоже неприятный, пронизывающий. «Не хотела бы я с таким встретиться… – невольно мелькнула у Риммы мысль. – Хотя что за чушь – мы никогда с ним не встретимся!»

– Ортезио… – пробормотала бабушка. – Этого только не хватало!

– …А теперь о погоде. Над большей частью нашей страны стоит обширный антициклон…

Когда стали рассказывать о погоде, бабушка немного успокоилась.

– Ба, почему ты так разволновалась? – спросила Римма, собирая осколки веником.

Но бабушка вдруг сделала вид, что ничего не произошло.

– Разве? – с удивлением произнесла она. – Тебе показалось, детка. Ну, подумаешь, разбила чашку – с кем не бывает!

– Мне кажется, тебе надо меньше смотреть телевизор, – сказала Римма. – Эти новости на тебя плохо действуют. Вон, дальше по программе – передача «Наш сад», лучше ее посмотри. Очень спокойная передача!

– Да-да, мне не мешало бы немного успокоиться… – пробормотала себе под нос бабушка. – А что такого? Пока ничего особенного не произошло…

Она ушла к себе в комнату, а Римма посмотрела ей вслед. «Наверное, это у нее возрастное, – подумала Римма. – Ведь ей уже шестьдесят лет. Когда мне будет шестьдесят, я тоже, наверное, стану переживать из-за всяких пустяков».

Римма опять взялась за учебник и решила еще три задачи. Она так увлеклась, что не заметила, как вечером пришла мама, а потом мамины сестры – тетя Регина и тетя Карина, и они все заперлись в бабушкиной комнате и что-то долго обсуждали там шепотом.

В девять часов пришел папа – он всегда приходил позже всех. Папа был ученым и работал над каким-то сложным генератором. Римма не раз слышала, что создание этого генератора перевернет всю мировую науку…

Папу старались оберегать от домашних дел, и все ходили на цыпочках и говорили шепотом, когда он запирался в своем кабинете. Бабушка называла это – «создать условия для работы». К нему часто приходили известные люди, профессора и академики, а один раз даже появился ведущий передачи «Очевидное – невероятное». Римма сразу его узнала. Он подарил Римме коробку конфет, а бабушку называл «дорогая Эллочка», отчего та смущенно смеялась.

Папа пришел в хорошем настроении и остаток вечера напевал арии из разных опер – это значило, что с генератором дела шли на лад. Слуха у папы не было никакого, и все его арии звучали на один мотив, но Римма любила его пение. Всегда приятно, когда у родителей хорошее настроение.

– О, все женщины нашего семейства в сборе! – весело сказал он. – Один я как перст в этом царстве амазонок…

Амазонками он называл свою жену, дочь, сестер жены и Эллу Леопольдовну.

– Как дела, прекрасные амазонки? – спросил он.

– Все очень хорошо, – сказала бабушка.

– Да-да, все просто замечательно! – закивали головами тетушки.

– Отлично! – бодро воскликнула мама.

Римме бы обратить внимание, что они вели себя как-то не так – чересчур жизнерадостно, но она этого не сделала. И правда, не могло же такого быть, чтобы столько людей переживало из-за какого-то переворота в далекой Такании… Ее, поди, и на карте-то не сразу найдешь!

…Июнь и июль они провели на даче.

Потом, в начале августа, пошли дожди и бабушка сказала, что такая погода не идет на пользу ее ревматизму. Тогда они опять перебрались в Москву. Неожиданно погода улучшилась, но возвращаться на дачу никто не захотел.

До начала школьных занятий оставалось недели три.

Римме было скучно.

Подруг у нее не было. Книги, которые задали по литературе прочитать летом, она давно прочитала. Решила все задачи из справочников, которые были дома. Больше делать было нечего.

Молодежные сериалы ей смотреть не разрешали, потому что, как утверждала бабушка, в них было слишком много отрицательной информации, в Интернет часто залезать не советовали – потому как в нем было чересчур много мусора. Словом, скука…

В один прекрасный день она вышла из дома, чтобы прогуляться по соседнему парку (это было как раз после того странного вечера, когда бабушка расколотила посуду).

В парке тоже было скучно. Во-первых, жарко, во-вторых, в нем гуляли только пенсионеры. «Эх, если бы у меня была подруга! – мечтательно вздохнула Римма. – Мы бы с ней сейчас ходили и обсуждали что-нибудь. Например про моду или мальчишек… Пускай это все несерьезные темы, как утверждает бабушка, но зато нам было бы очень весело!»

Римма шла по аллее и глядела по сторонам. Несмотря на то что до конца лета было еще далеко и погода стояла хорошая, она заметила, что на деревьях уже начали желтеть листья.

Она шла медленно (а куда торопиться?), но все равно успела обогнать двух старушек с болонкой и одного старичка с палочкой.

И вдруг мимо нее кто-то быстро пронесся, словно ветер. Болонка сзади возмущенно затявкала.

Римма поправила очки на носу и увидела, что по аллеям парка катается на велосипеде ее одноклассник Егор Ежов. «Неподходящая компания» – так сказали бы тетя Регина и тетя Карина. Римма и сама об этом знала. Егор Ежов был двоечник без всяких перспектив. В классе он сидел позади Риммы и нередко просил у нее списать.

– Своей головой думай, Ежов! – огрызалась тогда Римма. – А то мозги совсем засохнут.

– Не засохнут! – злился Егор. – Они у меня делом заняты…

Римма знала, чем таким важным занята голова Егора Ежова, которому и уроки-то сделать было некогда. Егор был геймером. То есть фанатом компьютерных игр.

Быть геймером в наше время – это все равно что быть тяжело больным или одержимым. Геймер ничего не знает, кроме игры. Компьютер для него – царь и бог, в рюкзаке он вечно таскает с собой клавиатуру, которую ласково называет «клавой». Для него существует только виртуальный мир. Он гоняется за новыми играми, а ночами просиживает в сети, где сражается с нарисованными монстрами вместе со своими товарищами, тоже одержимыми геймерской лихорадкой. Геймер не читает книг – только специальный журнал, посвященный разным компьютерным играм. У геймера нет личной жизни, потому что у него нет свободного времени. У геймера нет имени – его заменяет «ник». «Ник» – это его кличка в виртуальной реальности…

Хуже всего было то, что Ежов нравился Римме.

Она и сама не понимала, как такое может быть – ведь не было в этом человеке ничего особенного, что могло бы вызвать интерес у противоположного пола. Уж тем более у нее – девочки из академической семьи, где даже у приходящей домработницы было незаконченное высшее образование.

Егор особой красотой не отличался. Ему некогда было думать о своей внешности, потому что он думал только об играх. Роста он был невысокого, телосложения хилого (сидя за компьютером, мышцы не накачаешь). Волосы у него были длинные, до плеч, – но не потому, что он считал это модным, а потому, что ему неохота было тратить время и деньги на парикмахерскую. Деньги можно было потратить на оплату счетов в Интернете. Чтобы волосы не лезли в глаза, Егор завязывал их сзади в хвост.

За одеждой он совершенно не следил, еда его мало интересовала. Однажды Римма случайно заглянула в компьютерный клуб, который располагался на соседней улице, в подвале, и увидела, что Егор сидит за монитором, а рядом бутылка газировки, пакет чипсов и пара шоколадных батончиков. Естественно, что от такого питания цвет лица не улучшится!

«Какая же ты дура, Денисяк! – ругала себя Римма. Подруги у нее не было, поэтому ей приходилось отчитывать себя самой. – Даром что отличница… Угораздило тебя влюбиться! И в кого? Ладно бы в Сашу Мыльцева, в которого вся школа влюблена, потому что он красавец и сразу на всех голливудских актеров похож… или хотя бы в Вадика Акопяна из девятого класса, которого все будущим Менделеевым считают, даже в газете писали про его необычайные способности в химии! Так нет же – угораздило втрескаться в этого Егора, геймера несчастного…»

Егор пронесся вперед и исчез за поворотом.

– Совсем эта молодежь обнаглела! – зашамкал старичок сзади, стуча палочкой в асфальт. – Ведь чуть не сшиб меня!

Еще дальше возмущенно тявкала болонка.

«И этого человека я люблю, – с раскаянием подумала Римма. – Вот если бы он меня на своем велосипеде переехал, то, наверное, даже бы не заметил. Нет, заметил бы. Сказал бы: «Какая же ты толстая, Денисяк, тебя и не объедешь!»

Римма была толстой.

Ну, не толстой, а немного упитанной – так считала бабушка. В их семье все были немножко упитанными – и сама бабушка, и мама, и тетки… Только папа был худощавым, потому что из-за своей работы иногда забывал пообедать. Мама каждый день звонила ему в институт, где он трудился над своим генератором, и напоминала, чтобы он сходил в столовую.

Римма свернула в боковую аллею и увидела, что Егор сидит на лавке и с задумчивым видом изучает колесо своего велосипеда.

«Пройду мимо и сделаю вид, что не заметила, – стала лихорадочно думать Римма. – Или нет… пройду мимо и небрежно брошу: «Здравствуй, Ежов». Нет, не годится! Пройду мимо и рассеянно произнесу: «Егор, привет!»

Пока она думала, ноги сами несли ее вперед.

– Денисяк, как дела? – вдруг сказал Ежов, подняв голову. – Что это ты тут делаешь?

Римма от неожиданности чуть не споткнулась.

– Так, гуляю… – неопределенно произнесла она.

– А-а… Меня тоже мать выгнала. Говорит: лето на дворе, хоть погуляй… У велосипеда колесо лопнуло.

– Сочувствую, – сдержанно произнесла Римма и хотела пойти дальше, но ноги ее словно приросли к асфальту.

– Садись, – предложил Ежов и широким жестом показал на свободную часть лавочки. «Скажу: «Спасибо, мне некогда», – и поверну обратно. Нет, скажу, что не люблю бессмысленного времяпрепровождения… Нет, не скажу – я это слово сразу не выговорю, непременно собьюсь. А что, если просто: «Пошел к черту, Ежов, делать мне, что ли, нечего»?..

Читать легальную копию книги