Николай Басов

Магия на крови

Глава 1

Трол Возрожденный, прозванный Воином Провидения и, как подозревали в черной Империи, являющийся воплощением Лотара Желтоголового, вернувшегося в этот мир согласно предсказанию через две тысячи лет после смерти, чтобы опрокинуть эту Империю, посмотрел на Ибраила, а затем на всех остальных. Его светлые глаза казались очень яркими.

– Нельзя ли подробнее, Ибраил? – спросил он очень спокойно. – Так сказать, для немагов.

Такое спокойствие было не к добру, оно настораживало любого достаточно подготовленного воина.

– Я экспериментировал с книгой Ублы, – стал рассказывать Ибраил. – Еще в пустыне, только прочитав эту книгу, я поразился, насколько точно, красиво и правильно она написана.

– Тогда ты нам сказал, что Убла оказался талантливым… э-э, литератором, – вставил Крохан, продолжая жевать.

– Вот именно. – Ибраил, что было на него не похоже, начал слегка горячиться. – Я подумал, что это его книга. А оказалось… Нет, разумеется, это его книга, он ее изготовил, уж не знаю, согласно каким рецептам и спецификациям. Он же ее и опробовал… Но дело в том, что не вполне он ее, так сказать… писал.

– Ничего не понимаю, – пробормотал Роват, бывший имперский рыцарь.

Вся компания, а именно: Трол, Крохан, бывший капитан стражи Кадота, славной столицы королевства Зимногорье, Роват, тщательно маскирующийся под обычного северянина, но своим ростом, силой, манерами и выправкой свидетельствуя каждому, у кого были глаза, что являлся до недавних пор воином Империи, Зара Сабельщица, караванщица, а ныне, кажется, член команды, взявшая на себя обязанности добровольного организатора всяких жизненных удобств, а также Самвел из Даулов, сержант кадотской стражи, двое братьев и рыцарей Белого Ордена по именам Бали и Батар, и в довершение всего двое возниц из Империи, взятых в плен, но так спокойно и уверенно исполняющих все поручения, словно они добровольно перешли на сторону Трола, – в общем, все поголовно, собравшись за одним длинным столом для ужина, пытались понять Ибраила.

– Я решил кратенько записать, – толковал свое Ибраил, – что произошло с нами за последние месяцы, объяснить, как, собственно, эта книга попала ко мне, но… – Он поднял палец и всмотрелся в Трола, словно именно там искал объяснение всему, что говорил. – Стоило мне увлечься, совсем немного, как вдруг… Вот, взгляните.

С последним словом Ибраил разложил книгу Ублы, которую до этого прижимал левой рукой к груди, словно ребенка, прямо на обеденном столе, чуть не попав в сочное мясо, политое уксусным соусом, и опрокинув один из пяти подсвечников.

– Что мы должны увидеть? – спросил Крохан.

– Сначала я писал своим почерком, – пояснил Ибраил. – Но вот тут… все начинается совсем по-другому. И на старом фойском, что удивительно!

– Почему удивительно? – спросил Трол.

– Старофойского для записей я не употреблял уже лет триста, – пояснил Ибраил. – Пользовался вендийским, квантумом или дериб.

– Ну и что? – снова спросил Крохан. – Задумался и перешел на другой язык. Я, правда, так не сумел бы, но для вас, полиглотов…

– Это не просто старофойский. Это каллиграфика, редчайший и очень сложный по смысловым значениям рисунок иероглифов, – не выдержал Ибраил. – Это язык высокой магии, если хотите, запредельной для моего уровня.

– Тихо, – попросил его Трол и, быстро, незаметно поворачивая голову, осмотрел зал темноватой, почти пустой гостиницы, где они остановились. Люди в зале ужинали, пили вино, тихонько переговаривались, никто, кажется, не обращал внимание на путников, которые только сегодня явились издалека в славный город Панону.

Гостиница, к счастью, находилась в довольно зажиточном районе, и потому тут было не принято слишком приглядываться к ужинающим постояльцам, как и тревожить их по пустякам. Иначе можно было бы не набрать и тех редких гостей, которые здесь все-таки появлялись: купцов и арматоров, торговых агентов и страховщиков ответственных грузов – словом, той публики, которая не любит, когда ее слишком уж внимательно рассматривают и прислушиваются к беседам.

Зара, когда узнала, что Возрожденный все-таки согласился на астрономическую плату за постой, запрошенную хозяином гостиницы, чуть не набросилась на Трола с руганью. Но деньги у них были, практически вся казна Ублы досталась им, а мелочиться в данном случае значило привлекать к себе внимание. Сейчас Трол в очередной раз порадовался, что купил не столько комфорт, сколько отсутствие хотя бы внешнего любопытства со стороны жителей старой Паноны ко всей их пестрой и в высшей степени необычной компании.

– Ты хочешь сказать, – спросил Роват, – что книга Ублы сама вздумала себя писать твоей рукой?

– Вот именно, – подтвердил Ибраил. – А когда понял, что произошло, когда прочитал то, что книга мне тут написала, как выразился Роват, моей же рукой, я уже внимательно просмотрел записи Ублы. И могу подтвердить – с ним происходило то же самое. Он начинал писать иногда на вульгарном гвампи, а потом вдруг почерк сменялся каллиграфикой, обычное перо начинало писать, как колонковая кисточка, и возникал совсем другой, высокий и почти всегда изысканный текст.

– О чем? – спросил Роват.

– В том-то и дело, что… – Ибраил от напряжения даже не сумел договорить, а вынужден был перевести дух. – Что это почти всегда предложение наилучшего, оптимального способа ведения дел… Ну, не знаю, как сказать, скорее всего, так – для владетеля этой книги.

– Для владетеля, которым являешься ты? – полуутвердительно спросил его Роват. Ибраил кивнул. Тогда бывший имперский рыцарь спросил, наклонившись вперед, в упор, словно сделал выпад своим мечом: – А мы, твои спутники, имеем отношение к советам этой книги?

– Вся последняя запись получилась про Трола.

Ибраил ткнул пальцем в последнюю запись, действительно сделанную с искусством, которого Трол не видел даже в самых дорогих кодексах восточной поэзии или сборниках исторических хроник. Трол попытался ее читать, но сбился, старый фойский имел странную особенность – его прочтение имело не один смысл, а несколько, вот почему переводчики этих иероглифов почти всегда приводили несколько вариантов текста, чтобы читатель сам выбирал, какой вариант считать предпочтительным.

– И о чем же она гласит? – поинтересовался Крохан.

– Она говорит, что в землях, где Трол родился, зреет заговор против него и против всех, кто находится с ним, – чуть не нараспев, видимо интонируя свою дасскую речь на образец старофойского, заговорил Ибраил. К тому же на миг показалось, что его голос каким-то образом зазвучал словно бы издалека и с отзвуком, возникающим за каждым словом. – И нужно торопиться, чтобы пресечь этот заговор, иначе, уже очень скоро, можно опоздать. – Ибраил обвел всех взглядом темных, чуть навыкате глаз. – Понимаете, нужно спешить, бросив все, к тем местам, где Трол родился.

Роват повернулся к Тролу:

– Ты где родился?

– Я не очень-то уверен, но, кажется, где-то в высокогорьях Новолунгмии. Среди киптов, – пояснил Трол.

– А что ты еще знаешь о своем рождении? – поинтересовался Крохан.

– Только то, что мастер Султунар, мой Учитель, выкупил меня и увез с собой, чтобы воспитать воином.

– Так какая же беда может с тобой приключиться, если все это произошло много лет назад? – подала голос Зара.

– Вот тут, в самом конце сообщения, сказано, что колдовство основано на кровном родстве Трола с какими-то людьми, – вмешался Ибраил. – Скорее всего, с его родителями.

– Не понимаю, – высказался Роват.

– Видишь ли, если у тебя есть цель магической атаки, а ты не можешь раздобыть какую-то частичку тела этого человека… того, которого собираешься атаковать, то ты можешь, – Ибраил даже понизил голос, чтобы его слова были слышны лишь тем, кто сидел совсем рядом, – воспользоваться кровью его близких. – Он помолчал, подождав, пока его слова будут поняты как следует. – Это называется «магией на крови», очень старый и по ряду причин дорогой трюк. Я о нем только слышал, но никогда не наблюдал в действии.

– Если они напали на Троловых мамашу с папашей, – вдруг резковато, наверное специально, спросила Зара, – это грозит бедой Тролу, правильно? – Ей никто не ответил, все ждали продолжения. – Но в таком случае, при чем тут мы?

Трол посмотрел на эту женщину. Она была уже не очень молода, у нее была обветренная, слегка потемневшая от солнца кожа. Зара Сабельщица чуть не погибла в сражении, в котором была захвачена пресловутая книга имперского мага Ублы, с которой сейчас экспериментировал Ибраил. Чудом выздоровев в замке Керр-Ваб за одну ночь, Зара вдруг выяснила, что может претендовать на половину одного из шести сундучков с золотом, захваченных в том же бою. И теперь ей показалось, что тяжкая судьба в очередной раз ее обманывает, лишь поманив неплохим кушем, который может миновать ее.

– Зара, – спокойно, но уже по-настоящему увещевательно произнес Трол, – ты права, ты тут ни при чем. Если хочешь, бери свои деньги и поезжай в другую сторону.

– Да, я хочу вернуться в Кеос, в дом своей матери, где надеюсь с этими деньгами умереть от старости. – Зара посмотрела в глаза почему-то не Тролу, который с ней разговаривал, а сержанту из Даулов. – В окружении дюжины внуков.

– Никто тебя ни в чем не упрекает, – произнес Самвел. – Это нормальные мечты, я сам думал о таком же окончании нашего путешествия… Вот только, если Трол не выиграет эту драчку, тогда, как говорит эта книга, и нам с тобой достанется.

– Книга, – Зара презрительно фыркнула, – придумайте что-нибудь поубедительнее! Какие-то значки, которых никто не понимает, какие-то толкования, намеки, угрозы… Да это же азбука надувательства – запугай и пообещай решение, а потом можешь наложить лапу на все деньги, которые есть у доверчивого простака. В данном случае – у меня!

– Зара, тебе уже сказали, – проговорил Крохан, – завтра ты получишь свои деньги и можешь делать что угодно.

– А почему не сегодня? – взъерепенилась женщина.

– Сегодня мы все устали, и вряд ли эти монеты потребуются тебе ночью… – проговорил Роват. Он дожевал кусок мяса с хлебом, допил безвкусное северное вино, которое к тому же по примеру Трола обильно развел водой, и стал подниматься. – Все, ложусь спать, завтра, как я понял, мы должны отправиться в эту самую Новлу…

– Новолунгмию, – поправил его Трол. – Это значит, что ты со мной, не так ли?

Роват даже не ответил, он лишь дернул уголком губ, что можно было при желании рассматривать как подтверждающую улыбку.

– Крохан, что ты скажешь? – спросил бывшего капитана кадотской стражи Трол.

– Дело все равно нас коснется, как я понял Ибраила, – отозвался зимногорец. – Пусть уж лучше все происходит на моих глазах. Так будет спокойнее.

– Бали и Батар? – Трол перевел взгляд на орденских рыцарей.

– Мы – солдаты, – как почти всегда, за обоих ответил Бали. – Нас не нужно спрашивать.

Трол кивнул и посмотрел на Самвела из Даулов.

– Удивительно, – проворчал этот человек, на лице и во всем облике которого было отчетливо написано всего одно слово – сержант. Каковым он и был в той же городской страже Кадота под командованием Крохана, кстати, из тех сержантов, на которых действительно держится эффективность исполнения приказов. – Я что же, меньше других заслуживаю доверия, если ты спрашиваешь меня последним?

– Просто ты еще вчера лежал со своей раной, – пояснил Трол. – Вот я и подумал…

– А ты не думай, что было вчера, – посоветовал, еще заметнее разозлившись, Самвел из Даулов. – Мы-то живем сегодня. И сегодня планируем наши действия… – Он помолчал миг, потом резковато, но уже остывая, оповестил: – Я верю в то, что книга Ублы сказала правду. Я с вами.

– Тогда так… – Трол был доволен, но решил очень уж отчетливо это не показывать. – Возниц спрашивать не будем. Они поедут, если им предложить. – Он посмотрел на девушку. – Зара, у тебя полтора часа, чтобы отсчитать свои монеты. Чтобы не было обид, возьми с собой Самвела. Бали с возницами пусть готовит лошадей, лучше взять их с собой, чем покупать там непроверенных и слабых кляч. Роват, попробуй с помощью Батара сложить все вещи и заплати за наш постой тут, к тому же собери как можно больше еды на дорогу. А мы, – он посмотрел на Ибраила и Крохана, – отправимся в порт. Будет лучше, если уж дело настолько срочное, выйти в море сегодня же.

– Сегодня? – удивился Роват. – Ну, Трол, ну… – Он вздохнул. – Хорошо, по всему видать, ты прав.

– А если ты не найдешь корабля, который отправляется сегодня на Западный континент? – спросила Зара.

– Это вопрос суммы, которую мы заплатим за проезд.

– Предположим, не только суммы… – Зара обреченно махнула рукой. – Ладно, не мое это дело.

В порт Трол с Ибраилом и Кроханом пришли, когда иные из кабаков поприличнее уже закрывались. Но это их не остановило. Они зашли в один из них, потом в другой, в третий… В пятом им посоветовали обратиться к капитану Штулу, владельцу «Поспешая», который остановился у них.

Капитана Штула пришлось поднимать из кровати, где он мирно спал, выводя неистовые рулады носом и натруженной командами глоткой. Осознав, в чем дело, капитан рассвирепел, но Трол, не выражая даже взглядом тени раздражения, сказал этому пожилому и весьма уважаемому, по некоторым отзывам, человеку:

– Капитан, нам нужно торопиться. – Он подождал, пока капитан перестанет ругаться и обмякнет. – Если дело в деньгах, мы согласны компенсировать любые расходы.

– Дело не столько в деньгах, сколько… – Капитан сел в постели, внимательно посмотрел на Трола. – Понимаешь, у меня на борту сейчас половина команды, остальные гуляют на берегу. Так что все равно ничего не выйдет…

– Скорее всего, ты можешь собрать команду за пару часов, – произнес Крохан, неплохо выучивший в Кадоте правила корабельной службы, особенно на тех судах, где поддерживалась достойная дисциплина. – Остальным, в крайнем случае, оставишь их вещи и кое-какие деньги… Они не обидятся, если ты рассчитаешься по-честному.