Фергюс Хьюм

Преступная королева

Fergus Hume

The Mystery Queen

© Перевод на русский язык. Л. Соловьева, 2014

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

* * *

Глава 1. Странная гостья

– Пенни за то, чтобы узнать твои мысли, папочка! – воскликнула Лилиан, с трудом подавляя достойное школьницы желание запустить орешком со своей тарелки в отца и отвлечь его от печальных мыслей.

Сэр Чарльз Мун вздрогнул и нахмурился – его седые брови сошлись в одну линию.

– Некоторые дали бы намного больше, чтобы узнать мои мысли, дорогая.

– И кто же именно? – поинтересовался молодой человек, сидевший рядом с Лилиан и старательно коловший орешки фундука для девушки.

– Опасные люди, – ответил сэр Чарльз, помрачнев. – Очень опасные, Дэн.

Госпожа Болстреаф – полная, правильная, пятидесятилетняя дуэнья[1 — Пожилая дама, сопровождающая молодую девушку на светских мероприятиях, компаньонка. (Здесь и далее прим. перев.)] Лилиан – самодовольно откинулась на спинку стула. Она наслаждалась отличным ужином, была празднично одета и вскоре собиралась отправиться на премьеру новой музыкальной комедии – вот три веских причины, способствовавших прекрасному расположению ее духа.

– Все люди опасны для миллионеров, так как хотят жить богато и любым способом, хоть честным, хоть нечестным, готовы выудить деньги у богача, – заметила она, считая, что делает своему работодателю комплимент.

– У людей, которых вы имеете в виду, госпожа Болстреаф, со мной этот номер не пройдет, – сухо возразил ей миллионер.

– Я говорила в общем, а не о ком-то конкретно, сэр Чарльз.

– Знаю, – ответил он, кивнув, и вновь погрузился в медитацию, которую так неожиданно прервала его дочь.

– Шесть пенсов за твои мысли, папочка… Шиллинг… Десять шиллингов, то есть целый фунт, ненасытный ты человек.

– По-моему, недвусмысленное предложение, – пробормотал Дэн, отложив в сторону щипцы для орехов. – Лилиан, дорогая, тебе не стоит есть так много орехов, или у тебя будет несварение желудка.

– Думаю, у папочки уже давно это самое несварение…

– У некоторых оно и в самом деле случится, когда я закончу с ними, – проговорил сэр Чарльз так, словно не слышал ни последних слов дочери, ни ее смеха. Затем, чтобы предотвратить возможные расспросы, он обратился к молодому человеку:

– Как у вас дела, господин Холлидей?

Когда сэр Чарльз задавал такие вопросы, Дэн понимал, что миллионер чем-то недоволен, и догадывался, что причина этому Лилиан, а точнее, ее дружба с молодым человеком, у которого не было ни гроша за душой… то есть дружба с ним – господином Холлидеем, поэтому он ответил дипломатично.

– Дела идут вверх, если вы, конечно, имеете в виду аэропланы.

– Какое легкомыслие! Какое легкомыслие! – пробормотал старик совершенно серьезно. – Как хорошо образованный молодой человек, который хочет заработать, вы должны быть нацелены на более возвышенные цели.

– Он нацелен на солнце, – весело заметила Лилиан. – Или ты, папочка, хотел, чтобы его цель была еще выше?

– «Нацелен на солнце», – со вздохом повторил сэр Чарльз Мун. – Гм? А не получится так, что он, словно тот античный паренек, взлетит слишком высоко, а потом упадет и разобьется о землю?

– Вы имеете в виду Икара или Фаэтона, сэр Чарльз? – поинтересовалась госпожа Болстреаф, которая, будучи гувернанткой, гордилась своими познаниями.

– Не помню, который из них… то ли один из них, то ли оба… Но он летал на аэроплане, как наш Дэн, а потом шлепнулся…

– Ох! – Лилиан повернулась, заметно побледнев. – Ты-то, Дэн, надеюсь, не шлепнешься.

Прежде чем гость успел ответить, сэр Чарльз заверил свою дочь:

– Все, кто здесь присутствует, находятся в полной безопасности, – пробормотал он, оставаясь по-прежнему мрачным и насупившимся. – Не беспокойся, моя дорогая Лилиан, Дэну не суждено повторить судьбу Икара, хотя шлепнуться он может, но совсем на другой манер.

Голубые глаза Лилиан широко раскрылись, и она уставилась на молодого господина Холлидея, который, побагровев, возился среди скорлупок.

– Не понимаю, что ты имеешь в виду, папочка! – после многозначительной паузы объявила девушка.

– Думаю, Дэн понимает, – заметил сэр Чарльз, встав и медленно отодвинув стул. Он посмотрел на часы. – Семь тридцать. У вас еще достаточно времени, чтобы успеть в театр, представление все равно не начнется раньше девяти, – добавил он, возвращаясь к двери. – Госпожа Болстреаф, я хотел бы поговорить с вами.

– Но, папочка…

– Нет времени, дорогая Лилиан, у меня важная встреча в девять часов, а потом придется поехать на биржу. Иди и развлекайся, но не… – суровый взгляд его серых глаз остановился на Дэне, и тот многозначительно потупился, – …не делай глупостей. Госпожа Болстреаф, – позвал он кивком головы и вышел из комнаты.

– Ох! – вздохнула дуэнья-гувернантка-спутница – три в одном, что-то вроде современного Цербера для дочери миллионера. – Я присоединяюсь к словам сэра Чарльза. – И она многозначительно посмотрела на господина Холлидея, прежде чем исчезнуть, присоединившись к своему работодателю.

Лилиан уставилась на закрытую дверь, через которую только что вышли ее отец с госпожой Болстреаф, а потом посмотрела на Дэна, который с несчастным видом сидел за неубранным обеденным столом… Лилиан была утонченно красивой и хрупкой и не выглядела на двадцать лет, в своем изящном совершенстве напоминая пастушку из дрезденского фарфора. Бледно-золотые волосы, лицо цвета розовых лепестков; одетая в простое белое платье с белоснежными жемчужинами на тонкой шее, она была словно виток едва различимого тумана. По крайней мере так думал Дэн, любуясь ее хрупкой красотой. А может, даже более того, она напоминала серебряную филигрань изысканно тонкого рисунка. Но вне зависимости от тех сравнений, которые могла представить любовь для ее красоты, Дэн, охваченный горячей страстью, знал, что для него Лилиан единственная девушка в мире. Да и Лилиан Холлидэй звучало много лучше, чем Лилиан Мун.

Сам Дэн был высоким и стройным молодым человеком, с темными волосами и мужественным выражением на бритом лице, наводящем на мысль о силе и активном образе жизни. Бронзовая кожа говорила о том, что молодой человек много времени проводит на открытом воздухе. А в орлином взгляде его темных глаз таилось нечто, появлявшееся у каждого привыкшего к бескрайним просторам, как у любого, кто посвящает себя авиации. Однако никто не стал бы отрицать, что Дэн хорошо выглядел, был непорочен и бесстрашен, словно сказочный принц, которого в глубине души ждала каждая девушка. Но отцы не одобряют сказочных принцев, если те не прихватили с собой драгоценных камней и золота. Однако предлагать подобное Лилиан было все равно что возить уголь в Ньюкасл[2 — «Возить уголь в Ньюкасл», т. е. возить что-либо туда, где этого и так достаточно.], поскольку отец девушки и без того был богат и не столько желал еще больше разбогатеть, сколько заполучить богатого зятя. Только вот Дэн денег не имел. Более того, он выбрал себе одну из этих новомодных профессий – стал авиатором. Но он был нареченным Лилиан, несмотря на желания сэра Чарльза, вопреки отцовской воле, не обращая внимания на все засовы и запоры…

Все это время Лилиан смотрела на дверь, потом перевела взгляд на Дэна и, наконец, уставилась в свою тарелку, пытаясь сложить два и два. Но, вопреки женской интуиции, она так и не смогла получить четыре. А посему повернулась к своему возлюбленному и поинтересовалась:

– И что же папочка имел в виду?

Красавчик Дэн поднял голову и усмехнулся так же мрачно, как до этого сэр Чарльз.

– Он хотел сказать, что больше не стоит приглашать меня на обед.

– Почему? Ты же ничего такого не сделал…

– Нет. Но я намерен кое-что сделать.

– Что именно?

Дэн взглянул на закрытую дверь и, решив, что не стоит опасаться неожиданного появления какого-нибудь лакея или слуги, крепко обнял девушку.

– Жениться на тебе, – прошептал он между двумя поцелуями.

– При чем тут намеренье? Мы решили пожениться давным-давно, – надулась девушка.

– А твой отец определенно что-то подозревает, и по этой причине он высказал предупреждение госпоже Болстреаф.

– Предупредил дракона, – протянула мисс Мун, с особой нежностью произнеся последнее слово. – Только вот дракон на нашей стороне.

– Должен заметить, что ваш отец догадывается о многом. Могу даже поспорить на свою жизнь, что сейчас он внушает вашей дуэнье, что с этих самых пор она никогда не должна позволять нам видеться. В конце концов, дорогая, никак не пойму, почему ты с таким удивлением смотришь на меня. Ты достаточно хорошо знаешь, что сэр Чарльз хочет, чтобы ты вышла замуж за лорда Карберри.

– Выйди замуж за лорда Карберри! – воскликнула Лилиан. Ее бледное личико разом порозовело. – Я уже сказала папе: этого не будет!

– Ты говорила папе, что любишь меня?

– Нет. В этом нет необходимости, – быстро сказала девушка.

Дэн сухо кашлянул.

– Совершенно с тобой согласен, – проговорил он поднимаясь. – В этом нет нужды… Каждый раз, глядя на тебя, я сам выдаю секрет. Однако, думаю, ты, дорогая, отлично понимаешь, что у меня нет никакого титула и нет денег, чтобы претендовать на твою руку. Виноград из оранжереи для богатых, а не для нищебродов вроде меня.

– Мог бы найти определение получше, – усмехнулась Лилиан. Слова молодого человека ничуть не задели ее, однако теперь она поняла, зачем отец столь неожиданно вышел вместе с госпожой Болстреаф. Встав, она схватила Дэна за лацканы пиджака, и тогда молодой человек быстро притянул ее к себе, обняв руками за талию.

– Дорогой, – взволнованно продолжала она, – я выйду замуж за тебя, и только за тебя. Нас воспитывали вместе, и мы всегда любили друг друга. Папа был твоим опекуном. Сейчас ты имеешь пятьсот фунтов в год, а если мы поженимся, папа даст нам много больше, и…

– Я все это знаю, – перебил девушку господин Холлидей, положив ее руки на свою шею. – Но сэр Чарльз тоже об этом знает и никогда не согласится на наш брак. Дорогая моя, я догадался несколько недель назад и каждый день ждал того, что, наконец, случилось сегодня вечером. Из-за этого я приходил сюда как можно чаще и договорился сегодня вечером отправиться в театр с тобой и твоим драконом. Но поверь мне, Лилиан, это будет в последний раз. Завтра я получу записку о том, что мне следует держаться подальше от невесты лорда Карберри.

– Я не его невеста и никогда ей не буду! – топнула ногой Лилиан. Слезы навернулись на ее прекрасные глазки. Дэн как верный возлюбленный осторожно вытер их носовым платком. – И… и… – Она запнулась.

– И… и… – насмешливо повторил Дэн и, зная, что ей необходимо в этот момент, успокоил девушку долгим поцелуем. – Ох!.. – наконец выдохнул он, и Лилиан, будто птенец в его руках, эхом подхватила этот вздох. Период полного взаимопонимания и истинной любви длился до тех пор, пока неожиданно не распахнулась дверь, но к тому моменту Дэн находился с одной стороны стола, а Лилиан – с другой.

– Это не дело, мои дорогие, – объявила вошедшая, которая была не кем иным, как госпожой Болстреаф, пылающей гневом. Но, как влюбленные обнаружили чуть позже, злилась она не на них. – Совершенно точно знаю, Дэн зря времени не терял, тем более что вас так и тянет друг к другу.

– Мы думали, это один из слуг… – начал было молодой человек, но госпожа Болстреаф перебила его:

– А разве я не одна из слуг? Только что сэр Чарльз трижды напомнил, что он не так уж мало мне платит, не говоря уже о том, что я столуюсь у вас.

– О… о! Болли, дорогая… – И Лилиан подбежала к могучей дуэнье, чтобы обнять ее и осыпать поцелуями. – Папа был очень противным?

– Он не был слишком приятным, – согласилась госпожа Болстреаф, обмахиваясь платком, словно беседа с сэром Чарльзом разгорячила ее. – А чего вы ожидали, моя дорогая, ведь его дочь любит нищего.

– Спасибо, – пробормотал Дэн, поклонившись. – Но вам не кажется, дорогая госпожа Болли, что нам самое время отправляться в театр?

– Вы не должны обращаться ко мне столь фамильярно, молодой человек, – вспыхнула дуэнья, и широкая улыбка расплылась на ее смуглом красивом лице. – Сэр Чарльз хочет, чтобы Лилиан вышла замуж за…

– И не подумаю, – топнула снова Лилиан. – Ненавижу лорда Карберри.

– Вы любите Дэна!

– Вы не должны обращаться ко мне столь фамильярно, – шутливым голосом передразнил дуэнью господин Холлидей, – …если только вы не на нашей стороне.

– Если бы я не была на вашей стороне, то была бы тем самым драконом, как порой называет меня Лилиан, – величественно ответила госпожа Болстреаф. – В конце концов, Дэн, вы и в самом деле нищий.

– Нищий, но честный.

– Тем хуже. Честные люди никогда не богатеют. И потом, у вас такая опасная профессия – возить людей на этих аэропланах. Никогда нельзя быть уверенным, что вы к ужину будете дома. Точно знаю, Лилиан не хотела бы выйти замуж за человека, который никогда не может точно сказать, придет он домой к ужину или нет.

– Я выйду замуж за Дэна, – объявила Лилиан, вновь вернувшись в объятия молодого человека.

– Дети! Дети мои! – Госпожа Болстреаф в ужасе воздела руки к небу. – Подумайте, что вы делаете. Слуги могут появиться в любой момент. Давайте-ка лучше перейдем в гостиную и выпьем кофе. Автомобиль ожидает и… все, разойдитесь, разойдитесь! – воскликнула дуэнья. – Кто-то идет сюда!

Она оказалась права, потому что влюбленным едва хватило времени, чтобы разлететься в разные стороны, когда в комнату быстрым шагом вошел секретарь сэра Чарльза. Он был худым, высоким, изможденным на вид молодым человеком лет тридцати с бледным цветом лица и редкими светлыми волосами. Тонкие усы наполовину скрывали безвольный рот. Он, нервно моргая, поклонился дамам и сделал вид, что не замечает Дэна.

Читать легальную копию книги