Евгений Щепетнов

Инь-ян. Дорога к Дао

© Щепетнов В., 2015

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2015

* * *

Глава 1

– Мне не нравится шум вокруг этого убийства. Мне не нравится этот человек. Мне не нравится то, что ты принимаешь участие в этом типе. Какое отношение он имеет к тебе?

– Брат, ты слишком пристрастен. Он ничем не отличается от других в городе! Зарабатывает свои деньги, ловчит, хитрит и делает все это вполне успешно. И, кстати – законно. Понимаешь? Он не нарушает закон! А ты ведь всегда говорил, что для тебя важно соблюдение закона, соблюдение правил. Потому мне кажется, что ты сейчас несправедлив.

– Я несправедлив? Уничтожено двадцать человек! Кровавое месиво из стражников, и замечу – два из них высокопоставленные служащие! И больше того – они члены нашего с тобой клана, главой которого являюсь я! И… родственники моей супруги. И как теперь я должен реагировать? Скажи мне, брат, советник мой!

– Подожди. А с чего ты взял, что именно он виноват в этой резне? Где доказательства? Кто сказал, что это сделал он? Кто тебе это сказал?

– Хмм… вообще-то мне доложил начальник Стражи, кто же еще? Он мне сообщил, что совершено массовое убийство и что организатор его – Пиголь. Что получается – врет?

– Может, его ввели в заблуждение нерадивые подчиненные? Насколько мне известно, а ты знаешь, насколько я осведомлен о городских событиях, в доме томдара совершено некое преступление, и кто его совершил – неизвестно. В это время Пиголь находился в новоприобретенном доме с молодой женой. Это подтверждают десятки людей, опрошенных в процессе следствия. Начальница его охраны находилась в старом доме Пиголя и не выходила из своей комнаты – это тоже подтверждают десятки свидетелей.

Опрошены охранники Пиголя – все охранники! Никто ничего не знает! Все, что нам известно, – томдар и Пиголь были врагами, томдар хотел отобрать у Пиголя его дело. А еще известно то, что Пиголю выгодна смерть томдара. Все! Никаких сведений, подтверждающих то, что Пиголь участвовал в убийстве томдара и его подчиненных, – нет! Кроме домыслов.

Там вообще сильно попахивает магией, брат. Комната, где было совершено убийство, заперта изнутри. Никто не выходил, испариться убийца не мог. Часть трупов искромсана так, что людей невозможно опознать – узнали только по одежде. Кто убивал, зачем убивал – непонятно. Такое ощущение, что стражниками овладело безумие, они убили томдара, следователя, искромсали их трупы, а потом передрались между собой и умерли! Может, колдовское заклятие?

Как сказал мастер Догон, ощущаются следы колдовского заклятия. Но, возможно, это только потому, что там находился и колдун, работавший при страже. Охранники на воротах и в доме сказали, что последним в комнату входил сыщик-следователь Маланг. Больше после него не входил никто. Маланг был найден изрубленным, как кусок мяса для жаркого.

– Колдовство… всюду колдовство! – поморщился геренар. – Ненавижу колдовство! Ты уже говорил с Верховным магом Сообщества?

– Говорил. Он ничего не знает, ведет собственное расследование, но не сомневаюсь, что оно закончится ничем.

– Сыворотку правды Пиголю? – скривил лицо геренар. – Пусть скажет правду!

– Геренар, ты хранитель закона! Ты – Закон! Ты всегда сам так говорил, не правда ли? Так вот – согласно закону, Пиголь чист! У нас нечего ему предъявить! Эдак можно всех уважаемых людей города накачать сывороткой правды, от которой те сойдут с ума, превратившись в пускающие слюни мешки с мясом. Не все – но половина точно.

Ты же знаешь, что сыворотка применяется только для допроса закоренелых преступников, вина которых практически очевидна, и нужно лишь установить сообщников. Никто еще не сумел создать сыворотку правды, которую можно применять много раз и без последствий для разума человека. Извини, что я вынужден сообщать тебе такие очевидные вещи.

– Ох, что-то ты излишне защищаешь этого Пиголя! Нечисто все это… твой агент? Или денег тебе дает? Гляди, брат, не ошибись – до меня доходят слухи, что ты обложил поборами многих богатых промышленников и купцов! Как это понимать?

– Никак, – усмехнулся человек, очень похожий на самого влиятельного человека Острова. – Брат, я всегда стою за тебя. Всех за тебя уничтожу! Ты же знаешь это. Я твой боевой пес, твои глаза и уши, твоя личная армия. Деньги, что я беру, идут на поддержание армии осведомителей, на то, чтобы твое кресло геренара стояло вечно и его ножки никто не подпилил. Потому не стоит упрекать меня в том, что я слегка тряхнул пару-тройку жирных крыс, наживающихся под твоим крылом и норовящих не платить налоги. Разве я когда-нибудь просил у тебя что-то для себя лично? Да, я люблю деньги, но тебя я люблю больше денег! Я отдам все свои богатства, лишь бы ты был на своем месте. И очень обидно, что ты меня упрекаешь, – меня, каждую свободную минуту посвящающего твоим нуждам, нуждам твоей страны, всего Острова! Да, обидно!

– Да хватит тебе дурачиться! – Мужчина фыркнул, закашлялся, взял с резного столика хрустальный бокал и отпил из него рубинового цвета жидкости. – Все свободное время он думает обо мне! Ага! Только свободного времени у тебя мало! Ведь надо же пользовать молоденьких наложниц, не правда ли? Женить тебя надо, брат. И жену тебе взять такую злобную и активную, чтобы она тебя выжимала, как тряпку! Чтобы ты меньше посвящал времени своим девкам! Думаешь, я ничего про тебя не знаю? За дурака меня держишь?

– Не держу, – невозмутимо пожал плечами мужчина. – Да, я люблю женщин. Но это не мешает мне заботиться о нуждах государства! И когда тебе нужно узнать о том, что происходит в какой-то части Острова, – к кому ты обращаешься, а? Может, к кухарке? Или к девице Голоранг, дочери Заруга?

– Вот ты негодяй! Уже прознал! Когда-нибудь я прищемлю тебе любопытный нос!

– Не прищемишь, брат. За то ты меня и ценишь, что я знаю все!

– Постой-ка… что-то не дает мне покоя в твоем рассказе… А что за начальницу охраны ты упомянул? Ну, эту, начальницу охраны Пиголя! Это что за новости? Откуда у него женщина – начальница охраны? С какой стати? Я о таком у нас в Городе не слышал. Она что, из клана Эорн? Что за зверская баба?

– Почему зверская? С чего ты так решил?

– Чтобы управлять головорезами Пиголя, нужна не просто баба, а зверь-баба! Я знаю этих сволочей, наемников, с ними глаз да глаз. Как нажрутся – тут же ищут приключений… на свои и чужие зады.

– Говорят, очень симпатичная и даже красивая девушка. Молодая. Не больше двадцати лет от роду. Боятся ее как огня. Кое-кто попытался бунтовать против Пиголя, так она ему кадык вырвала на глазах у всех. После этого все ее залюбили… хмм… я имею в виду – зауважали!

– Я знаю, что ты имел в виду, – хитро прищурился геренар, – не нужно пояснять.

– Ну, вот я и говорю – правит ими жесткой рукой. Кто она, откуда взялась – никто не знает. Вроде как наложница Пиголя, но никто не видел, чтобы она с ним спала. Более того, она вообще не спит с мужчинами – только с женщинами. Но не из Эорна, это точно. Не похожа. Темноволосая, маленькая – она едва до плеча мне достанет, если верить информаторам. Эорнские бабы крупные, могучие, а эта так… птичка.

– Хороша птичка! Кадык вырвала наемнику! Таких птичек тысяч десять, и можно сломать хребет Эорну! Кстати, что там у них делается? Есть сведения?

– Не очень хорошо, – мужчина нахмурился, сдвинул брови, – размножаются, как крысы, все время посвящают тренировкам, войне, дерутся на поединках. Говорят, цель всей жизни клана Эорн – вернуть себе былое могущество, восстановить власть женщин над миром. Как было раньше. Опасные настроения, а еще более опасно то, что они стали излишне сильны. Излишне. Если двинутся на Город – проблем будет выше деревьев.

– Все-таки не посмеют! – уверенно мотнул головой геренар. – Бабье какое-то… тьфу! Смешно это бабское воинство! Сколько уже о них не слышно? Двадцать лет? Тридцать? Сорок! Чепуха. А может, не чепуха?.. Ты мне подробнее потом доложи по поводу Эорна. Предоставь отчет.

А пока мне про эту вот охранницу расскажи… почему-то она меня заинтересовала. Откуда она взялась?

– Говорят, пришла откуда-то с севера, но точно никто не знает. А сама ничего не рассказывает. И еще – якобы она приложила руку к уничтожению трактирщика, на жене которого женился Пиголь. Доказать тоже не смогли, но… сведения такие есть.

– Вот оно как… да, жаль, что нет безопасной сыворотки правды. А что касается этой девки – я хочу на нее посмотреть. Как-нибудь пригласи ее ко мне…

– А твоя жена? Брат, она же тебе кровь выпьет! Знаю, ты любишь сильных женщин, но помни, что и женился ты именно на такой. Стоит тебе переспать с этой пиголевой девкой – неделю войны тебе обеспечено! А то и больше. Твоя супруга все узнает – это точно. Она не хуже меня за всем следит!

– Да с чего ты решил, что я буду спать с той девкой? Ты с ума сошел?! И вообще – это не твое дело! – Геренар был сильно разозлен. – Я просто хотел на нее посмотреть! Да, я люблю сильных женщин! Мне нравятся женщины-бойцы! И если бы эти демоновы Эорн не строили свои дурацкие планы по свержению законного геренара, они были бы подле меня, на подобающем им месте!

– И перерезали бы тебе глотку при первом удобном случае. А потом мне, как твоему брату! Не забывай – я ненадолго переживу тебя, брат. И, кстати – ты недооцениваешь «бабское воинство». Они сильнее, чем ты думаешь. Если бы эорнская воительница вышла против трех наших бойцов, я бы поставил на нее.

Что касается девки – я найду повод, чтобы пригласить ее во дворец и не вызвать никаких подозрений у твоей любимой жены, обещаю. Только не говори женушке, что это Я для тебя постарался – она устроит мне месяц ядовитой жизни! В прошлый раз, когда я привел к тебе акробаток, она кинула в меня горшком с редким растением буронг. Растению ничего не стало, а вот моей голове пришлось претерпеть некоторые неприятности. Не забыл?

– Не забыл, – снова фыркнул геренар. – А нечего болтать было… лишнего. И не получил бы от нее горшком в затылок. Скажи спасибо – не кинжалом! Зачем ты ей сказал, что раз я геренар, то могу делать все, что хочу! И что никто, даже жена, не вправе указывать мне, что делать. Для нее это – что кипятком на задницу плеснуть! Ну, да ладно. Хватит. Девицу пригласи, мне сообщи. Лишнего не болтай и… понаблюдай за этой самой девицей, прежде чем вести ее сюда. Очень не хочется получить нож в спину. Что-то ты меня обеспокоил этими Эорн…

* * *

Кольнуло ухо, будто ударило током, – амулет иллюзий разрядился. Глупо было бы думать, что маг, мастер иллюзий, не предусмотрел тот случай, когда к нему придет кто-то, прикрытый магией. А может, ждал именно его? Боялся? Немудрено бояться, когда учинил такую пакость… возмездия ждет?

– Хозяин в лаборатории. Он не принимает, госпожа!

– Примет. И чем быстрее, тем лучше для него.

– Ты не можешь войти, госпожа. Насчет тебя у нас есть распоряжение – не пускать ни под каким видом. Прости, госпожа, уходи.

Привратник-вышибала начал закрывать дверь, но не успел – Сергей со всей силы ударил ногой в покрытую лаком дверную пластину, и мужчину отбросило назад, будто сдуло порывом ветра. Сергей прыгнул в прихожую и едва увернулся от размашистого удара дубинкой крепыша совершенно зверского вида – глаза навыкате, пересеченная шрамом нижняя губа, сломанные уши, прижатые к голове. Боец двигался быстро, ловко, как танцор, и был нацелен на то, чтобы убить или сильно покалечить. Сергей же калечить и убивать не хотел… так, помять слегка. Потому у этого «обезьяна» было преимущество.

Впрочем, преимущество было и в длинных, как у орангутанга, руках, и в весе, превышавшем вес Сергея минимум в полтора раза, и в опыте призового бойца. Вышибала десять лет выступал на арене, зарабатывая себе на жизнь мордобоем во славу нанявших его горожан и кружочков металла, так сладко звенящих в кожаных и полотняных мешочках. И кто был перед ним? Девка! Девка в легкомысленном платье, смазливая тварь, возомнившая, что ей все позволено! Такая же тварь, как жена, вечно выедавшая мозг своим нытьем о том, что ей не хватает денег, что сосед купил хорошую коляску, а они себе такого позволить не могут! Потому что ей достался придурок, только и умеющий, что вышибать мозги таким же придуркам, как он! Да ладно бы за хорошие деньги, а то ведь идиот соглашается драться за считаные медяки!

Даже побои не вправляли ей мозги. Женщины вообще такие существа, что выбить то, что они себе вообразили, может только смерть.

Агунг подозревал, что когда-нибудь его терпение закончится и сварливая жена понесет кару за свои прегрешения. Она отправится на Колесо Жизни, умерев от перелома шейных позвонков, и точно возродится потом в виде мерзкой крысы, питающейся разлагающимися трупами. Как и положено возрождаться сварливым женам.

Убить! Убить эту гадину, так похожую на жену в юности! Такая вот тварь – нарядится, вымажется благовониями и давай вертеть задом, соблазнять мужчин! А потом получается то, что получается! Наглая, бесцеремонная, врывающаяся к уважаемому человеку и не соображающая, что за свои действия может получить должный отпор! И должна получить!

Ррраз! Еще удар!

Дубинка просвистела рядом с головой девицы, непостижимым образом уклонившейся от сокрушительных, смертельных выпадов – так, будто она заранее знала, куда направлен удар за секунду до того, как это случилось.

Еще! Еще удар!

Когда девица оказалась рядом – неизвестно. Вот только подумать об этом уже не осталось времени. Только заглянуть в ее странные, мерцающие зеленым светом глаза.

И темнота.

Сергей перевел дыхание, пару раз сжал и разжал ноющий от удара кулак. Охранник сполз по стенке и улегся рядом со своим напарником, очухавшимся и бессмысленно таращившим глаза в мир.

Сергей подошел и коротко пнул очнувшегося в подбородок – не хватало еще получить нож в спину или дубиной по затылку! Пусть лучше полежат, отдохнут.

Аккуратно прикрыл за собой дверь и пошел по коридору, усмехаясь себе под нос. Всего несколько дней назад он шел по этому коридору в сопровождении хозяина дома, колдуна Накаля, и знакомство их состоялось именно так – колдун был отправлен мощным пинком примерно туда же, куда отправился первый охранник. На колдуна тогда это подействовало умиротворяюще.

Маг, мастер иллюзий и одновременно лекарь Накаль стоял перед столом в длинном, заставленном полками кабинете. На них стояло и лежало множество баночек, мешочков, пакетов и коробочек с ингредиентами, необходимыми каждому порядочному лекарю-колдуну, если он желает прослыть великим волшебником.

Накаль уже прослыл таковым, пользовался успехом при дворе геренара и вообще не испытывал недостатка в клиентах, получая за свою волшбу очень даже приличные деньги, позволяющие ему исполнять практически все свои желания.

Например, такие: в то время как он отмерял количество капель, упавших в стеклянный сосуд из небольшого пузырька, источавшего отвратительный гнилостный запах, перед ним на свободном месте возле стены стояли три обнаженных молоденьких девушки возрастом не более шестнадцати-семнадцати лет, приплясывающие под звуки бубна. В бубен била другая девушка, стоящая от трех первых в одном шаге, извиваясь в сладострастных телодвижениях, вероятно долженствующих изобразить неземную страсть.

Девушки закатывали глаза, расставляли ноги, поворачивались спиной к колдуну и наклонялись, выпячивая крепкие, смуглые зады.

Если бы Сергей находился в своем мужском теле, точно бы вышел конфуз… и сейчас-то, когда его душа обитала в теле примерно такой же по возрасту и сложению девушки, он почувствовал, как кровь прилила туда, куда ей положено прилить… Сущность не обманешь, она как была, так и осталась мужской, пусть даже волей судеб и была занесена в параллельный мир, в девушку, обитающую на самом низу социальной лестницы, даже ниже этих рабынь.

То, что они рабыни, было ясно с первого взгляда – достаточно взглянуть на серебристые ошейники на прелестных шеях девиц. На таких ошейниках обычно пишут имя хозяина, иногда – ставят его герб. Распилить ошейник, укрепленный магическими заклинаниями, нет никакой возможности – этот мир еще не обладает алмазными пилами.

Впрочем, Сергей сомневался, что и те имели бы успех в таком сомнительном предприятии, как освобождение рабов. Для освобождения недостаточно просто снять ошейник, нужно еще освободить душу.

– И что застыли? Ты чего как сонная рыба?! Активнее верти задом, активнее! Вот поганки, снулые рыбы – за что я отдал столько денег?! И в постели вы как бревна! Продам я вас, раз не умеете как следует угодить хозяину! В бордель продам, поганки! Эй, вы чего встали-то? Ты чего не стучишь в свой дурацкий бубен?! Уууу… проклятые! Напущу на вас заклинание чесотки, вот тогда запрыгаете как следует, только поздно будет! Бездельницы!

– Эй, хватит орать. Встречай гостя! – Сергей прошел вперед и сел возле стены на стул, закинув ногу на ногу и безмятежно глядя на ошеломленного мага, покрасневшего и беспомощно шлепающего губами в попытке выдавить из себя хоть слово.

– Что же ты замолчал, мастер? Ну, здравствуй.

– Ззздравстуй, Серг…

– Девочки, идите отсюда. – Сергей кивнул головой на дверь, и голенькие рабыни прыснули из комнаты, опасливо косясь на хозяина, сделавшего жест рукой «на выход».

– Ты… зачем? Как прошла? Они… охранники…