Алекс Орлов

Секретный удар

В городе Рио-Капанасе, что на планете Тироль, никогда не происходило ничего особенного. Наверное, потому, что все здесь занимались цветами – выращивали и продавали их миллионами и даже миллиардами, в зависимости от сезона. Вот у соседей, в столице мясной промышленности Леноксе или в винокуренном Оннбойме, там – да, там такие дела творились, что только держись, а в цветочном Рио-Капанасе было тихо.

Ну, убьют изредка кого или украдут выручку от продажи партии кинацинтов, красных цветов юга, и снова тихо. Даже начальник полиции, достопочтенный бригадир Кносс, который двадцать лет прослужил полицейским капитаном в одном из районов Ленокса, частенько говаривал: «Скучно тут у вас». И был абсолютно прав: потрясения и войны, происходившие где-то за Красными созвездиями, куда было лететь полгода, если не больше, попадали на полосы местных газет чрезвычайно редко. Настолько редко, что их считали выдумками нечестных журналистов.

А между тем это были вовсе не выдумки.

1

Преуспевающий биржевой спекулянт Герберт Апач возвращался домой с дружеской попойки, которой отметил свой успех и личный рекорд сезона. Гэри продал больше ста тысяч тонн луковиц красных кинацинтов, из которых цветочники пригородов Рио-Капанаса собирались вырастить на будущий год свой новый урожай.

С самими цветами Герберт Апач старался не связываться – ни к чему, ведь луковицы давали куда больше дохода.

Гэри шел по освещенной фонарями улице и улыбался. В последнее время ему везло не только в бизнесе, но и в личной жизни. Он собирался жениться на блистательной красотке Ванессе Фармер, которая остановила на нем свой выбор, что неудивительно: Гэри был молод, преуспевал в делах, и будущее сулило ему неплохие перспективы.

Конечно, абсолютной верности мисс Фармер обещать не могла, однако находила его милым и… не противным.

Из-за угла вывернул автомобиль, Гэри, слегка покачиваясь, остановился, освещенный его фарами.

– Добрый вечер, сэр! – приветливо поздоровался водитель. – Не хотите воспользоваться самой быстрой машиной в городе?

– Так уж и самой быстрой! – Гэри с сомнением покачал головой и громко икнул. По случаю праздника он оставил свой автомобиль дома, и подкатившее такси было как нельзя кстати. – Ну да уж ладно. – Он махнул рукой и, как только предупредительный водитель распахнул перед ним дверцу, плюхнулся на заднее сиденье.

Автомобиль резко стартовал с места, Гэри уже на ходу пробормотал:

– На Веллинсгуттен, приятель. Дом одиннадцать…

– Слушаюсь, сэр. – Таксист решил, очевидно, показать пассажиру, на что способен его двигатель, – по пустынному городу машина летела, как комета, так что на одном из крутых поворотов Гэри даже сделал водителю замечание:

– Эй, парень, у меня заворот кишок случится… Поосторожнее, а то опрокинемся…

– Не опрокинемся! У меня магнитодинамические шины!

– А дорожная полиция на сканер сфотографирует?

– Прошлый век, сэр! – махнул рукой таксист. – У меня на корпусе четыре дифракционных датчика стоят, картинку на сканерах размывают.

– Да ты просто какой-то «неуловимый Филипп», – изумился Гэри и уставился в окно, но без толку – машина мчалась с такой скоростью, что он не успевал ни на чем сфокусировать взгляд.

Фасады, переулки, череда осветительных панелей, одинокая собака – все проносилось в нетрезвом мозгу Гэри, словно модный клип.

– Уже подъезжаем!

– Да уж я чую… Филипп…

Зашипели пневматические тормоза, Гэри почувствовал тупой удар в грудь, точь-в-точь как в матче по стрейфболу, когда прозеваешь крепкого защитника.

У него потемнело в глазах, а наполненный устрицами желудок опасно забурлил.

– Новинка! Тормозной модуль на гравитационном импульсе! Ну разве не здорово?!

– Здорово… – побелевшими губами прошептал Гэри, и в следующее мгновение его вывернуло прямо на переднее сиденье.

– Что вы делаете, сэр?! – завопил таксист и, выскочив из машины, поспешил открыть перед клиентом дверь. – Но как же так, сэр?! – не унимался он, вытаскивая Гэри Апача из салона. – Я за поплинский велюр для салона триста монет отвалил, а теперь мне что делать? Что прикажете мне делать?

Водитель тряс ничего не понимающего пассажира, который все еще не мог оправиться от такой жесткой остановки.

– Вы мне должны, сэр! Вы мне должны за велю…

Договорить таксист не успел. Он вдруг захрипел и стал заваливаться на Гэри, царапая его вылезшим из груди острием.

– Ну вот и рассчитались, – произнес чей-то голос. Гэри хотел повернуться и посмотреть, в чем дело, и тут ему на голову обрушился удар.

2

Теплый сезон подходил к концу, и ночи становились все холоднее. Два раза беглецам удалось переночевать в пригороде, укрывшись в штабелях пустых ящиков, но потом их выгнали оттуда проволочные крысы. Грызуны напали на бродяг среди бела дня, и им пришлось спешно уносить ноги.

До самого вечера они прятались то тут, то там, перебегая от куста к кусту, благо Рио-Капанас был очень зеленым городом.

Ночь застала бродяг на заднем дворе какого-то кафе, и они с удовольствием поужинали из помойного бачка. Затем двинулись дальше.

Срочно нужны были деньги, чтобы купить одежду, еду и убраться подальше – Ленокс был не так далеко от Рио-Капанаса, и погоня могла настигнуть их в любую минуту. Несмотря на кажущееся спокойствие на улицах цветочного города, двух сбежавших из тюрьмы преступников наверняка уже искали.

– Давай пока заляжем в канаве, Сайрус, – предложил один из беглецов. – Нужно подождать, пока народ перестанет сновать. Не можем же мы убивать всех.

– А почему? – Сайрус уставил на коллегу изуродованный глаз. – Почему мы не можем убивать всех, Пит?

– Потому что тогда копы сядут нам на хвост.

– Твоя правда, Пит. Я уже вижу подходящую канаву – там, у стены…

Поминутно оглядываясь, они перебрались к новому убежищу и улеглись, вытянувшись и уставившись в небо.

Где-то рядом по тротуару проходили люди, по проезжей части проносились автомобили, но никто и представить себе не мог, что совсем рядом, в каких-то двух шагах, в канаве прячутся преступники.

Пригревшись в выстланной торфом яме, беглецы уснули и очнулись в середине ночи, когда вокруг воцарилась тишина.

– Пит? – позвал товарища Сайрус.

– Я уже не сплю…

– Пора нам отсюда выбираться.

– Пора, – согласился товарищ.

Две всклокоченные головы показались над поверхностью земли и какое-то время, не шевелясь, настороженно изучали обстановку.

Потом преступники выбрались из укрытия и перебежали под раскидистое дерево, стоявшее у самой мостовой. Сайрус достал длинный нож, а Пит удовольствовался суковатой палкой, которую подобрал возле канавы.

Они простояли в засаде минут десять, когда наконец послышался шум мотора. Однако автомобиль проехал мимо и исчез из виду, свернув за угол.

В доме напротив к освещенному окну подошла молодая женщина. Она бросила на улицу скучающий взгляд и отошла в глубь комнаты.

– О-о, – произнес Пит. – Должно быть, она хорошо пахнет, а, Сайрус?

– Да уж конечно лучше, чем сапоги надзирателя Кокса, – поддержал товарища Сайрус.

Снова послышался звук приближавшейся машины.

– Этот тоже мимо, – сказал Пит, уверенный, что на такой скорости тормозить никто не станет.

Однако он ошибся. Автомобиль неожиданно начал сбрасывать обороты и резко, как будто натолкнувшись на препятствие, остановился в нескольких шагах от засады.

– Ух ты, – прошептал Пит, а Сайрус поудобнее перехватил нож.

Дверца со стороны водителя распахнулась, и оттуда выскочил взволнованный человек.

– Но как же так, сэр! – закричал он, обегая машину, чтобы вытащить пассажира. – Я за поплинский велюр для салона триста монет отвалил, а теперь мне что делать? Что прикажете мне делать?

– Чего он хочет, а? – недоуменно спросил Пит, глядя, как таксист трясет изрядно захмелевшего пассажира.

– Ну, типа, он ему должен, – пояснил Сайрус, прикидывая, что условия для броска создались просто идеальные.

– Вы мне должны, сэр! – требовал справедливости водитель, пока Сайрус делал замах. – Вы мне должны за велю… – Брошенный с силой клинок преодолел небольшое расстояние и с глухим стуком вошел в тело жертвы.

– Ну вот и рассчитались! – театрально произнес Сайрус, чрезвычайно довольный своим броском.

Таксист начал падать на пьяного, которого терзал еще мгновение назад, а тот удивленно пучил глаза, не понимая, что происходит. Подскочивший сбоку Пит вовремя огрел пассажира своей дубиной и разом прекратил его удивление.

– Давай сунем их в канаву, – привычно предложил Пит, быстро обшаривая карманы новых жертв. – Ух ты, а этот счастливчик при деньгах! – обрадовался он, выуживая из кармана оглушенного туго набитый бумажник. В другом кармане «счастливчика» обнаружилась коробочка с золотым кольцом, что вкупе с дорогими часами могло считаться королевской добычей.

– Мы не бросим их в канаву, – неожиданно сказал Сайрус, задумчиво вытирая нож о штаны таксиста. – Мы спрячем их в контейнер, вон там у магазина стоит.

– К чему такие хлопоты? – не понял Пит.

– К тому, что дальше мы поедем на этой машине. А чтобы ее дольше не искали, мы припрячем трупы подальше.

Взвалив на себя тела жертв, преступники, осторожно переступая по кочковатому газону, прошли за магазин и там сбросили тяжелую ношу на землю.

Сайрус ловко поддел ножом замок контейнера и заглянул под крышку.

– Что там? – поинтересовался Пит.

– Не пойму. Какие-то овощи…

– Это не овощи. Это, наверное, цветочные луковицы, мы у цветочного магазина. – Пит показал на край торчавшей с фасада вывески.

– Неважно. Ну-ка, давай поднимай…

Тела одно за другим были переброшены через край контейнера, и Сайрус плотно пристроил крышку на место.

Они уже возвращались к оставшемуся без хозяина такси, когда Сайрус вдруг спросил:

– А ты уверен, что убил того парня, Пит?

– Не знаю, – честно признался тот. – Если хочешь, давай вернемся, и ты сам прикончишь его.

– Да ладно, – махнул рукой Сайрус. – Неохота нож пачкать, я его уже вытер и просушил.

Никем больше не потревоженные злоумышленники погрузились в такси и отбыли восвояси.

3

Машина ночных грабителей еще не скрылась за ближайшим углом, когда в другом конце улицы показался большой неуклюжий фургон с погрузочной стрелой. Он двигался неуверенно – видимо, водитель плохо знал этот район и притормаживал чуть ли не возле каждого столба.

Наконец он остановился на том же месте, где еще минуту назад стояло такси, однако затем снова двинулся вперед и въехал во дворик за магазином. С трудом развернув фургон на тесном пространстве, водитель поставил машину носом к улице и выбрался из кабины. За ним вылез его напарник.

– Что я вижу, Джойвас, – зловещим шепотом произнес он. – И здесь тоже нет охраны!

– Они разбежались, господин префектор! Я им заплатил, но они разбежались!

– Тсс! – Названный префектором зажал водителю рот, огляделся и лишь после этого позволил неосторожному подчиненному дышать. – Если бы не крайняя нужда в людях, Джойвас, я бы уже лишил тебя жизни…

– Я исправлюсь, господин пре…

– Называй меня «дружище Фродди», я же тебе говорил.

– Конечно, дружище Фродди.

– Правильно, только не забывай добавлять «сэр».

– Конечно, дружище Фродди, сэр.

– Именно так. А теперь живо в кабину, надо спешить. Судно должно стартовать точно в срок.

Джойвас не стал испытывать терпение префектора и, забравшись в кабину, принялся манипулировать погрузочной стрелой.

«Дружище Фродди» ассистировал ему, помогая быстрее крепить стропы с захватами.

Не прошло и часа, как два десятка полуторатонных контейнеров были установлены на подвижную внутреннюю платформу грузовика, и Джойвас с префектором быстро прикрыли ее тентом.

– Все, поехали отсюда, – выдохнул порядком уставший «Фродди».

Они забрались в кабину, Джойвас завел мотор и, опасливо покосившись на префектора, тронул грузовик с места.

Их путь пролегал через сонный город. «Фродди» с презрением смотрел на спящие здания и ленивых полицейских, неспешно прогуливавшихся по пустынным площадям.

Казалось, все здесь дышит беспечностью и праздностью. То ли дело на его далекой родине, изнемогающей в борьбе с вероломным врагом.

Город закончился, и грузовик понесся по прямому как стрела шоссе. Скоро впереди показались мачты освещения и уродливые очертания портовых построек.

В темном небе плыли огни взлетавших и садившихся кораблей.

– Ну вот и приехали, – подал голос водитель, однако префектор не отозвался.

Грузовик подъехал к главным воротам и остановился. В свете его фар показался охранник. Он подошел к окну Джойваса и взял протянутые тем сопроводительные документы.

– Значит, луковицы вывозите?

– Они самые, – кивнул водитель.

– Понятно. – Охранник вернул документы и махнул рукой своему напарнику, чтобы тот открыл ворота. – Никаких бродяг вам на дороге не попадалось?

– Нет, а что такое?

– Из тюрьмы в Леноксе сбежали два опасных преступника. Говорят, будто они подались в Рио-Капанас…

– Ой, какие вы ужасы рассказываете! – покачал головой Джойвас. – Если б знал, всю дорогу трясся бы.

Грузовик проехал на территорию порта и остановился позади маленького автомобиля-лоцмана с ярко-желтой мигалкой на крыше.

– Двенадцать – тридцать четыре бэ! – крикнул Джойвас, высунувшись в окно, и лоцман бодро покатил вперед, разгоняясь по освещенной разделительной полосе.

– До чего же странно живут эти люди, сэр, – не отрывая взгляда от мигающего лоцмановского маяка, произнес водитель. – Живут, можно сказать, вовсе без всякой цели… Нет в ихней серой жизни места здоровому патриотизму, сэр.

Префектор не отреагировал на слова Джойваса, а когда машина подъехала к возвышавшемуся над остальными кораблями транспортному судну, остановил болтовню емким: «Заткнись».

Грузовик уже ждали. Навстречу выбравшемуся из кабины префектору вышли трое.

– Как все прошло, сэр? – спросил человек в штатском, в котором тем не менее угадывался военный.

– Вроде обошлось, – вздохнул префектор. – Давайте, Сеймур, поживее разгружайте, иначе выбьемся из графика.

– Есть, сэр. – Сеймур сделал движение, словно хотел щелкнуть каблуками, но тут же передумал, круто развернулся и пошел организовывать разгрузку-загрузку.

Зашипели раздвижные двери, с судна подали специальный транспортер, и вскоре по нему прямо в трюмы медленно поплыли контейнеры с луковицами. Товара было около тридцати тонн, а вместе с остальным грузом набиралось почти двести.