Владислав Выставной

Запредельность

Высшее счастье человека – всегда на краю его сил

    И. Ефремов

Пролог

Все было совсем не так.

Никто и представить себе не мог, что будущее человечества сложится столь удачно. Мрачным прогнозам пессимистов не суждено было сбыться, авторам тоскливых апокалипсических сценариев оставалось лишь развести руками.

Расслоение общества так и стало причиной тирании в планетарном масштабе. Проученное тяжкими кризисами человечество нашло компромисс между нищетой и богатством. С развитием технологии и новых экономических взглядов, проблема бедности сама собой сошла «на нет».

Беспочвенными оказались страхи перед бунтом машин, и люди не стали жертвами саморазвивающихся электронных вирусов. Напротив, умные машины, в своем развитии шагнувшие за пределы узкого термина «электроника», помогли решить проблемы, с которыми сами люди не справились бы и за тысячи лет.

Вопреки опасениям, достижения генной инженерии не привели к массовым жертвам и не превратили людей в монстров. Они сделали то, что и должны были: накормили человечество и подарили людям длинную, здоровую и полноценную жизнь.

Несмотря на бурное развитие промышленности, людям так и не довелось исчерпать недра, уничтожить леса, окончательно загрязнить океаны, растопить полярные льды, полностью разрушить озоновый слой. Природа оказалась сильнее, а человечество – осмотрительнее.

Не было той самой страшной – последней и сокрушительной войны, грозившей обратить цивилизацию в пыль, покрыть Землю радиоактивным пеплом.

Ничего этого не было.

А было вот что.

К началу XXIII века мы освоили Солнечную систему. Ряд прорывных открытий квантовой физики помог победить пространство, и люди достигли звезд. Нам стало казаться, что Галактика – уютный и удобный дом, словно созданный для радостной, наполненной смыслом жизни, для творчества и созидательного труда.

Но, в то же время, никто не праздновал победу разума над невежеством и злобой. Не было эйфории, головокружения от достигнутых высот, восторгов и победных фанфар. Никто больше не задумывался над тем, каких смертельных ловушек удалось избежать человечеству на пути к процветанию.

Новые люди воспринимали свое счастье как должное. Мы были готовы шагать дальше, не оглядываясь в мрачное прошлое, осваивая новые знания и удивительные миры – словно не было в нашей истории ненависти, боли и страха перед будущим.

Нас манило стремление к совершенству. Смеясь, мы приближались к новой эре – эре всеобщего, не знающего пределов благополучия. Мы хотели заполнить мир всепобеждающей жизнью, радостью, смехом и безграничным счастьем…

Наши цели казались нам абсолютным идеалом, тем, ради чего и создан человек.

Мы хотели построить рай на Земле.

Отрезвление пришло внезапно.

Вместе с ним вернулся давно забытый страх.

Часть первая

У предела

1

– Готов?

Дыхание неровно, сухость во рту, в ногах – предательская вялость. Давящий, больнично-белый потолок – и страх.

Неизжитый страх перед белой дверью, за которой поджидает пугающая неизвестность.

Алексей поднес к лицу ладонь. Онемевшие пальцы дрожали, на запястье дергалась мышца.

– Подождите… Не уверен…

– Тестеры, пауза! Алексей, поясни! Что значит – не уверен?

– Волнуюсь…

– Так… Что-то ты не вовремя решил волноваться… Про инспекцию не забыл? Ты же не хочешь зарубить проект?

– Нет. Потому и волнуюсь. Может принять чего-нибудь успокаивающего?

– Ты что – с луны свалился?! Забыл, что никакой химии?..

– Простите…

– Ладно, пауза. Сошлюсь на технические причины… Пяти минут хватит?

– Хватит…

Алексей закрыл глаза, сжал кулаки. С чего он взял, что этих пяти минут хватит?! Он же не спец, ему не дано с легкостью управлять эмоциями. Он простой среднестатистический парень, все достоинства которого и заключаются в этой самой среднестатистичности…

Стоп. Не надо самоуничижения. Он уже не тот хилый новичок, что пришел в программу год назад. Он – форс, избранный, выдвинутый наукой на передовую, на самую границу познания, туда, где до него никто и никогда не был, и именно его глазами ученые тешат свое любопытство, заглядывая в бездну непознанного.

Он уже не раз перешагивал через край, и сделает это снова.

Надо только четко придерживаться алгоритма. Войти в резонанс и держать тон. Самое главное – не сорваться, не запаниковать.

В этом-то и проблема…

Глубокий вдох, концентрация. Доведенный до автоматизма алгоритм растормаживающего кода…

Шаг сделан. Главное – не оглядываться.

Подготовленные тренировками участки мозга принимают волевой сигнал, снимают мощные природные барьеры.

Алгоритм переводит организм на новый уровень, резонируя с каждым нервным окончанием, с каждой клеткой. Еще пара секунд – и новые параметры зафиксируются на стабилизирующей частоте…

Есть тон!

– Готов, – с ледяным спокойствием произнес Алексей.

И открыл глаза.

– Ага, вижу! – даже через наклейки коннектора чувствуется, как волнуются операторы, как бьются вразнобой их сердца.

Это значит, уровень действительно достигнут, и чувства серьезно обострились. Главное – не дать нахлынувшей информации захлестнуть разум. Но это – самое простое упражнение…

– Стабилизация есть, пошла синусоида. Тестеры!

– Тестеры активны. Стенд принимает.

– Удачи, Лекс! Пошел!

Бесшумно провалилась мутно-белая дверь. Алексей шагнул в темноту.

Первый же шаг принес спокойствие и уверенность. Изменился он сам – и все вокруг обрело новые черты – словно проявилась старинная фотография.

Стенд пройден десятки раз. Он не просто знаком – это что-то вроде любимой игрушки.

Сначала тест органов чувств.

Небольшое усилие – и он вполне сносно видит в темноте. Дорожка-лабиринт над бассейном плывет, меняя очертания – но это не проблема для зрячего.

Первое препятствие преодолевается без особых проблем.

Странное ощущение в висках – активизировались тестеры слуха. Инфразвук, ультразвук указывают расположение контрольных панелей. Просто подойти и коснуться. Первая, вторая, третья…

Есть.

Череда странных, необъяснимых образов – включилось обоняние. Образ конкретизировался, невольно заставив улыбнуться: тестеры использовали что-то, принадлежащее Инге, симпатичной лаборантке из отдела физиологии. Повертел головой, уловил направление. Несколько шагов – и вот она, панель, за которой прячется стерильная салфетка, побывавшая в руках Инги.

Тест на осязание: рука опущена в бокс, ладонь коснулась плоской стеклянной пластины. За ней спрятана объемная надпись. Какой-то квест… Ага, «подойти ко второй двери, набрать код «235».

Все, элементарные задания закончены. Теперь – жди неожиданностей.

Тяжелая дверь за спиной задвинулась.

И пол под ногами вспыхнул.

Каждый раз – одно и то же, только в разных комбинациях. Высокая температура и пламя – упражнение для кожи. Взрывное потоотделение и понижение температуры тела с одновременной эвакуацией. Куда? Вот – колодец! Определение расстояния – задача для глазомера. Восемьдесят метров до поверхности воды. Еще усилие – и вот ощущение дна. Глубина вполне сносная…

Пламя не дает времени на раздумье. В конце концов – не станут же экспериментаторы сознательно гробить его на глазах инспекции?

Долгий полет вниз – тест на координацию и сопротивление удару. Соверши такой прыжок еще год назад – он был бы обречен. Но сейчас летел даже с удовольствием, ощущая, как потоки воздуха охлаждают обожженное тело. Мгновенное восстановление температуры, особая группировка тела, концентрация – и вот он медленно продирается сквозь поверхностное натяжение, рвет воду, как невероятно прочную ткань.

Используя инерцию нырка, и помогая себе размеренными гребками – продолжать погружаться. Нет смысла осматриваться под водой: колодец напрямую ведет к тесту на компрессию и задержку дыхания. Он в состоянии высидеть под водой с полчаса. Но вряд ли проверяющих заставят ждать так долго. Скорее всего, выбран активный вариант.

Так и есть: на глубине тридцати метров колодец изгибается, превращаясь в туннель. Метров двадцать горизонтального плавания – тест на сопряженность со средой. Алексей плывет максимально эффективно – и там, в операторском зале, это прекрасно отражается на мониторах. Ни одного лишнего, неловкого движения – тело плавно изгибается, чувствуя мельчайшие завихрения, даже кожа немного подыгрывает, наподобие дельфиньей…

Выбрался на плоский каменный бортик. Восстановил дыхание. Проконтролировал тон. Тон идеально ровный, даже удивительно. Только не стоит задерживать на этом внимание – чревато сорваться в панику.

Огляделся. Вот оно, самое неприятное – чугунная дверь, тест на силу. Каждый раз, поднимая ее, невозможно поверить, что способен на подобное. Главное – не отвлекаться, держать тон…

Ухватился за ручку, принял безопасную позу. И принялся очень медленно, как домкрат, тянуть проклятую дверь кверху. полтонны «чугуна» уползали в потолок, и Алексей стоял теперь под этим жутковатым прессом. Главное помнить: операторы не дадут ей рухнуть, раздавив ценный лабораторный материал.

Дверь с грохотом опустилась, отгородив его от бассейна. И тут же пол едва не ушел из-под ног.

Тест на скорость. Ноги сами сорвались в чудовищный бег, а прямо за спиной крупными паззлами рассыпалась дорожка, проваливаясь в темную бездну, наступая на пятки неприятной пустотой.

Быстрее, еще быстрее. Впереди светлая дверь: последний тест.

Тест-сюрприз. Никогда не знаешь, что за этой сияющей дверью…

Он вывалился в песок, задыхаясь от дикого бега. Наверное, побит очередной мировой рекорд. Который, конечно же, не засчитают. Ведь рекорды действительны лишь для нормальный людей. Не для форсов…

Однако, расслабляться рано.

Пока восстанавливалось дыхание, огляделся. Еще не успел сориентироваться, как услышал за спиной дуновение воздуха – и машинально рванул в сторону. Что-то большое, массивное, теплое чиркнуло по телу, и перед глазами взметнулся песок.

Его сбила с ног и покатилась кубарем, удивленно мявкнув, огромная дикая кошка.

Лев?! Алексей крутнулся на месте, ощутив изумление и восторг одновременно.

Львов было пятеро. Точнее – крупных, поджарых и явно голодных львиц. Впрочем, имелся и лев: он флегматично лежал позади. Вполне себе полноценный прайд.

Насладиться красотой животных он не успел. Львицы, раззадоренные первой неудачей, кинулись на него разом.

Комплексный тест – преодоление стресса, адаптация к неожиданной ситуации.

Здесь всегда есть подвох. И Алексей мгновенно уловил, в чем он.

Причинять вред животным нельзя. Они не виноваты в том, что стали невольными участниками показательного эксперимента.

А доктор, видимо, решил впечатлить комиссию…

Сбитый мощным ударом лапы, Алексей отлетел назад. Удачно: когти не успели вонзиться в плоть – успел отдернуть руку.

Однако не переоценил ли док его силы?!

Наверное, спасло то, что человек для львов – слишком мелкая добыча. Львицы больше мешали друг дружке, чем вели организованную атаку. Этим Алексей и воспользовался.

Обостренная реакция и скорость позволяли поиграть со львицами в кошки-мышки. Ожидание прыжка – отскок и удар плечом в теплый песочный бок. Цель – не причинить боль, а свалить на песок, ошеломить зверя. Нельзя забывать про главное оружие львов – когти. Если такой кошке удастся обхватить его передними лапами, когтями задних она мгновенно выпустит ему кишки, никакая реакция не поможет.

Минуты через полторы ошеломленные львицы отступили: они выглядели усталыми и разочарованными. Наблюдавший все это со стороны лев с ленивой мудростью смотрел на непокорную жертву – будто с самого начала знал от тщетности желаний полакомиться его плотью.

Однако последний тест отнюдь не в избиении хищников. С этой арены нужно как-то выбраться.

Помещение действительно напоминало арену – круглое, с песчаным дном, стенами из гладкого пластика, с круглой дырой в потолке. Похоже, это и есть единственный выход.

Однако…

Не может быть, чтобы операторы допустили возможность того, что он не выберется отсюда. Значит, через эту дыру вылезти можно…

За спиной жалобно взрыкивали львы. Алексей мельком оглянулся. Не хватало только, чтобы напали со спины. Он, конечно, почувствует, но все равно, неприятно. Как еда животных он больше не интересовал: львицы сгрудились вокруг царственного самца, тяжело дыша, словно ища у него сочувствия. Лев же со сдержанным интересом наблюдал за Алексеем.

…Подошел к стене, провел по ней кончиками пальцев. Очень гладкая. Пожалуй, даже чересчур. Какой-то намек?

Прижал ладонь. На миг задумался.

А если так? Сформировать «лодочку», обезжирить кожу, небольшим усилием осушить центр ладони…

Потянул руку – ладонь с трудом оторвалась. С ума сойти!

Но ладони мало – может не выдержать. Сбросил майку, кроссовки, оставшись в коротких шортах. Проделал новую процедуру со всем телом. Ощущение не из приятных – всего, словно резиной стянуло. Коротко разбежался, подпрыгнул.

И повис, прилипнув на высоте около метра над песком.

Вот это номер! Главное, не думать, что это происходит с тобой – иначе можно двинуться рассудком. И, что хуже, сорваться с высоты пятнадцати метров.

Он лез, точнее, полз – осторожно, как гусеница, по очереди выбрасывая вперед то правую, то левую руку, подтягивая то одну, то другую ногу, с неприятным звуком отрывая от стенки липкий бок. Организм уже начал протестовать против такого издевательства над своим естеством: почки отчаянно высасывали из тела скопившиеся токсины, грозя не очень красивой картиной в триумфальном финале.

Уже под «куполом» пришло понимание того, что проползти тем же образом по потолку не удастся: все-таки, он не муха. Но взгляд выхватил ползущий к верхнему отверстию кабель. Оставалось лишь ухватиться за него, а дальше – дело техники…

Последний рывок – и Алексей выбрался на внешнюю сторону «купола». Глубоко вдохнул, медленно выдохнул. Осторожно, очень осторожно вышел из резонанса…

Потемнело в глазах, качнуло – едва успел присесть, чтобы не свалиться с покатой поверхности. Навалилась жуткая усталость, все тело болезненно ныло, каждое движение отдавалось болью: расплата за неположенные «среднестатистическому» индивидууму способности… Ничего, сейчас подойдут медики, сделают моментальную инъекцию…

Однако странно: ни медиков, ни операторов. Впервые его никто не встречал на выходе. Или тест не закончен?!

Алексей напряженно огляделся. Он один в огромном темном ангаре, заполненном нагромождениями объемных геометрических фигур: кубов, сфер, цилиндров. Закулисье тестовой механики.