Порождённый

Иван Громов

Зырим в предисловие

Вы знакомитесь с художественным произведением, а потому относитесь к нему так, словно это набор разрозненных историй, которые пытаются обрести себя и своё место в этом большом мире. Произведение не пытается задеть чувства думающих или оклеветать определённые группы людей.

– «На наших глазах ежеминутно происходит масса событий. Прислушайтесь к миру вокруг вас. Каждая пылинка, каждый кустик, каждый камушек рассказывают свою историю. Все они удивительные рассказчики» – скажу я вам.

Правда так вышло, что с реальности приходится периодически срезать нарост ложного понимания. В наше время мир стал казаться людям многоэтажным панельным домом, каждый этаж которого источает лишь серость и бледность. Постепенно его обитателям начинает мерещиться странная идея: идея того, что многогранный мир способен уместиться в кучке серого вещества, которая зовётся мозгом.

Никто не будет с вами спорить, если вы захотите узко мыслить. Решение повесить на реальность занавес и отдалиться от истины – ваше решение, так что у каждого из вас развязаны руки. Это ваша жизнь и ваше право.

Однако, не стоит натужно пытаться дистиллировать узкое мировоззрение; не нужно кристаллизовывать свои субъективные представления о мире, чтобы потом создать на их основе вакцину от влияния невидимых вибраций струн, музыка которых способна рождать целые вселенные.

Вселенные, что существуют вокруг нас и внутри нас. Раствориться в обыденности узколобого взгляда на мир – это одно из самых страшных преступлений, если брать для вердикта эстетический, а не этический закон.

Мир вокруг сложен, несмотря на все попытки рационализировать или теологизировать его; есть сотня разных измов (теизм, атеизм, пантеизм), но от существования всей этой мишуры реальность не стала менее загадочной.

Иммануил Кант зрел в самый корень – он видел, что все наши мысли субъективны.

Такова реальность: человечеству многое не дано познать, но научная элита, что просиживает свою жизнь в кабинете, априорно считает мир ясным и понятным явлением.

Они никогда не видели реальную жизнь, но посчитали, что видеть уже особо нечего.

Все они хрупки, и именно поэтому что-то новое порождают деятельные практики, которые хотят всё дальше и дальше шагать за горизонт.

Не стоит думать о том, что мы пытаемся поставить под сомнение научные выкладки. Мы лишь хотим, чтобы вы слушали не только истории учёных.

Вокруг есть масса объектов и явлений, с которыми стоит познакомиться для расширения своего кругозора. Например, давайте попросим микроба рассказать свою историю, пусть и он поделится своим мнением обо всей этой ситуации.

Микроб аккуратно начинает свою речь – «благодарю, что дали мне слово. Что же, должен сказать, что феномен жизни удивляет меня и по сей день. Когда-то мои предки формировались в грязевых источниках, и жизнь в этих неприметных местах била ключом. Она и сейчас кипит повсюду, даже в вашем желудке, просто вы не хотите этого замечать.

Вам многое не дано видеть, что уж и говорить про сам процесс понимания. Хотя вы усиленно отрицаете факт того, что ваши интеллектуальные способности переоценены.

Старайтесь всегда помнить о том, что ваше место в мире имеет свои ограничения и особенности. Эволюция ещё идёт, и скорее всего вы являетесь очередной переходной формой. Может быть вселенная стоит на пороге появления нового человека. Спасибо за ваше внимание».

Удивительно, как же так вышло, что простой микроб знает больше нас с вами? Порой мне кажется, что люди не способны смотреть вглубь вещей. В детстве мы так глубоко погружаемся в реальность, что она пестрит множеством существ и событий. Вот бы сохранить эту привычку и во взрослом возрасте.

Хватить ходить вокруг да около, многие люди не видят дальше своего носа. «Доктор Фрейд, я не знаю кто я, помогите же найти своё место в мире» – думается, что большинство использует психологов именно для этого.

Они не способны самостоятельно пройти то, что Юнг прозвал «индивидуализацией», а это, между прочим, один из важных этапов формирования обособленной личности.

Выходит, что безликая толпа заполнила собой жизненное пространство и теперь пытается навязать нам своё мнение?

Они понимают довольно малое количество вещей в этой жизни, а потому им приходится использовать сотни ярлыков для разнообразных проявлений реальности.

Про таких людей можно сказать, что они хрупкие, ригидные, пустые. Наша же задача – стать антихрупкими, научиться осознавать всю непонятность мира и использовать умеренный стресс окружающего мира для своего развития.

К нам приближается какой-то человек, прошу прощения. «Добрый день, Людвиг. Что это у вас в руках? Вы хотите наградить нас метафизической лупой? Благодарим вас, она нам ещё понадобится!».

Если вы ещё не поняли, то это был сам Витгенштейн, видимо идёт на встречу с мистером Бертраном Расселом.

Итак, теперь у нас есть специфичный инструмент. Но как же им пользоваться? Очень просто – стараться рассматривать объекты во всей их сложности, и помнить про то, что у них есть как минимум 12+n измерений.

Простой практический пример – лист. Давайте узнаем то, что он может нам рассказать. Лист с учёным видом пытается нам напомнить простую истину: «фотосинтез имеет огромное значение для экосистем, поскольку от него зависит баланс кислорода и углекислого газа».

Мы, конечно, это знали когда-то. Выучили на уроке биологии и забыли. Удивительная вещь, мы так сильно зависим от кислорода, но даже этого не хотим замечать. Не хотим замечать глубокой детерминации окружающего мира, что в итоге приводит к тому, что мы ничем не отличаемся от животных.

Нет-нет, у нас отсутствует цель оскорбить их. Мы лишь хотим донести до вас простую истину – найдите в себе силы и мужество рассказать себе и окружающим свою историю, какой бы она не была. Так поступила героиня этой книги – Болезнь. Она решила рассказать нам свою историю: тяжёлую, непонятную, но крайне занимательную.

Ныряем в первичный бульон

В первичном бульоне происходило какое-то движение. Безумные творцы разукрашивали мир своей кровью и слюной. Все самые низменные поры тела – это основа той жизни, которую текущее общество узаконило. Но жизнь страдала от нимфомании, однажды мы совокуплялись с ней в грязном переулке.

Я одним движением усадил её на мусорное ведро и содрал её бельё. Мы начали биться в судорогах сексуальных девиаций, её менструальная кровь смешивалась с моим потом.

Отмирающая яйцеклетка поглотила волну сперматозоидов и кометой направилась к земле. Гравитация жёстко прижала её к асфальту и раздавила все её внутренности. Биологические жидкости стали тем раствором, что я заливал в свои глаза.

С меня стекало семя и слёзы счастья, выходило, что я стал прообразом первой молекулы РНК, которая затем продалась каждой встречной бактерии.

Проблему я любил и тоже был одержим ей отчасти. Порой невозможно было определить размытые границы моих чувств и чувств порождённого. Если попытаться ответить на вопрос – кто он такой? То ответа, конечно, не последует.

В отличие

Назад 1 Вперед