Царь-девица

Царь-девица
Серия
Библиотека проекта Б. Акунина «История Российского государства»
Год
1878
Жанр
Историческая литература
ISBN
978-5-17-106599-7

Библиотека проекта «История Российского государства» – это рекомендованные Борисом Акуниным лучшие памятники мировой литературы, в которых отражена биография нашей страны, от самых ее истоков.

Роман «Царь-девица» Всеволода Соловьева – известного писателя, автора ряда замечательных исторических романов, сына русского историка Сергея Соловьева и старшего брата религиозного мыслителя, поэта и мистика Владимира Соловьева, – посвящен последним дням правления царицы Софьи и трагической судьбе ее фаворита князя Василия Голицына. В центре повествования трагические события, происходившие в Москве в период восшествия на престол Петра Первого: борьба за власть между членами царской семьи и их родственниками, смута, стрелецкие бунты, противоборство между приверженцами Никона и Аввакума.

Оценка содержания.
Здравствуй, дорогой читатель. Мы уверены, что книга "Царь-девица" Всеволод Соловьев полностью захватит ваше воображение. Часть первая I Лета тысяча шестьсот восемьдесят второго, Великим постом, в доме суздальского дворянина Перхулова случилось очень странное происшествие, поднявшее на ноги не только перхуловскую дворню, но и всех городских обывателей: сбежала и неведомо куда скрылась семнадцатилетняя девушка, Люба Кадашева, жившая у Перхулова уже три года. Эта Люба и сама была из дворянского рода, только сирота круглая, и жила она у Перхулова по записи. Приехал три года тому назад в Суздаль старый перхуловский знакомец, Кузьма Кашников, и стал спрашивать Перхулова, не возьмет-ли он к себе на дом его свояченицу девочку: «у самих-де с женою Марьицей достатки небольшие, своих малолетних детей четверо, так тяжело содержать в доме лишнего человека». Перхулов согласился, и тут же была составлена такая запись: «Я, Кузьма Кашников, и жена моя отдали: я свою свояченицу, а она свою сестру, – девицу Любу, Ивану Онуфриевичу Перхулову, жить во дворе его до возраста, а как она будет на возрасте и ему дать ей приданого по силе и выдать замуж за вольного человека, или за кого она похочет, а живя, ей слушать и почитать и всякую работу работать домашнюю, вести себя хорошо, а ему ее кормить, одевать и обувать». Покончив это дело, Кантиков уехал в свою небольшую вотчину, тут же неподалеку, а через неделю вернулся со свояченицей. Любе тогда было лет около четырнадцати. Перхуловым она понравилась. Только заметили они в ней что-то странное: в ее взгляде не было робости, свойственной ее полу и положению. Глядела она всем прямо в глаза, а при прощании с зятем выказала большую холодность: не плакала и не причитала, не посылала поклонов сестрице своей Марьице, как должна была делать, если и не по чувству, то хотя бы из приличия. – Плохо, видно, вы с женой ее учили! – заметил Иван Онуфриевич Кашникову и, не получив от него никакого ответа, приказал отвести Любу на женскую половину к своим дочерям, да сейчас же и позабыл о ней думать… Иван Онуфриевич Перхулов в прежнее время жил в Москве, служил и даже пошел было в гору при дворе великого государя царя Алексея Михайловича. Но нашлись у него враги посильнее его, теснить стали, наговаривать – и нежданно-негаданно пришла царская немилость: велено Перхулову с семейством выехать из Москвы в город Суздаль. Долго не мог примириться Иван Онуфриевич со своей судьбой, пробовал и то, и другое, и третье, писал челобитные, старался так или иначе зацепить своих лиходеев, да ничего не помогло: в Москве о нем забыли – невелика птица! Поневоле пришлось успокоиться и, оставшись не у дел, заняться домашним обиходом. Да и, наконец, не так уж и велика была царская немилость! Могли ведь всего именьишка лишить, как есть голяком оставить, даже сослать куда-нибудь в глушь, но ничего этого не сделали, все имение оставили при Иване Онуфриевиче, не лишили его ни одной вотчины. И стал Перхулов строиться в Суздале. Прошло несколько лет; живет он себе со своей Афимьей Лукьяновной и двумя дочерьми подростками. "Царь-девица" Всеволод Соловьев читать бесплатно онлайн можно не единожды, ведь с каждым прочтением открываются совсем иные мыслительные грани.